Aphorismes sur le roi Louis XI: de sa vie et de sa gestion de la France et de l’Europe

Начато: среда, 12 декабря 2012 г

«Intelligenti pauca»

Для понимающего достаточно и немногого

«Sine ira et stidio»

Без гнева и пристрастия

Suum cuique

Каждому свое, каждому по заслугам (одно из положений римского права)

«Benefacta male locata malefacta arbitror»

Благодеяния, оказанные недостойному, я считаю злодеяниями

***

«Будете ли вместе со мною плакать о несчастных, мучениках, обо всех погибших детях, все равно, о тех, кто которые находятся внизу, как и о тех, которые наверху?»

Виктор Гюго. Отверженные, 1936. – Стр.28.

***

«Я готов плакать с вами о детях сильных мира сего, если вы будете плакать со мной о детях из народа!»

Виктор Гюго. Отверженные, 1936. – Стр.28.

***

«Я жалею, сударь, Марию-Антуанетту, эрцгерцогиню и королеву, но мне жаль также и ту женщину-гугенотку, которую в 1685 году во время царствования Людовика великого, привязали обнаженною до пояса к столбу; на известном расстоянии от нее держали ее грудного голодного ребенка; малютка, проголодавшись и видя грудь матери, пронзительно кричал, а палач говорил: «Отрекайся!» Женщине-матери-кормилице было представлено одно из двух: или голодная смерть ребенка, или смерть совести. Что вы скажете об этих муках Тантала, примененных к матери ? »

Виктор Гюго. Отверженные, 1936. – Стр.30.

***

«Гражданин эпископ, я провел жизнь в размышлении, в изучении наук и в созерцании. …когда родина призвала меня и приказала мне принять участие в ее делах. Я повиновался. Встречая злоупотребления, я боролся с ними, встречая тиранию, я разрушал ее. Территория была захвачена – я защищал ее. Франция была в опасности – я подставлял свою грудь… Я был одним из властителей государства…Я поддерживал угнетенных и облегчал страждущих. Я всегда помогал человечеству идти по пути к свету. Я исполнял свой долг по мере сил моих, и делал добро, сколько мог. После всего этого меня прогнали, преследовали, очернили, насмеялись надо мной, надругались, прокляли и выслали. В продолжении многих лет, с поседевшими уже волосами, я знал, что есть люди, которые считают себя в праве презирать меня, что я для бедной, невежественной толпы лицо проклятое, и живущее в одиночестве, созданном ненавистью…»

Виктор Гюго. Отверженные, 1936. – Стр.31-32.

***

«Последние годы жизни Карла VII отравлены были его распрею с сыном Людвигом, будущим одиннадцатым. Это был один из самых замечательнейших представителей той эпохи, именно ее отрицательного – беспокойного, тревожного характера. В 1440 г. он участвовал в мятеже военачальников против отца; через несколько лет он уходит с военными отрядами, не вошедшими в число жандармов, в Швейцарию, вмешивается в распри швейцарцев между собою и, может быть, бессознательно оказывает этим большую услугу своему государству: он потерял здесь все войска свои, и Франция избавилась от беспокойных и мятежных шаек…»

Т.Н.Грановский – русский историк – медиевист, преподаватель Московского университета (1839—1855), один из основоположников русской медиевистики.

Лекция 3 -15 сентября/ Лекции по истории Средневековья. (Лекции 1849-1850)

– Москва: Наука, 1986. – С.16.

***

« … Несколько лет потом провел он в своем уделе, в Дофине, и здесь вполне обозначились черты будущего правителя. Он произвел множество фамилий в дворянство, чем оскорбил старые дворянские роды; эти новые дворяне назывались les nobles du dauphin…»

Т.Н.Грановский – русский историк – медиевист, преподаватель Московского университета (1839—1855), один из основоположников русской медиевистики.

Лекция 3 -15 сентября/ Лекции по истории Средневековья. (Лекции 1849-1850)

– Москва: Наука, 1986. – С.16.

***

«…Но и отсюда тревожил он отца; избегая зато строгих мер его, он бежал ко двору Филиппа Доброго Бургундского, где и пробыл до смерти своего отца… »

Т.Н.Грановский – русский историк – медиевист, преподаватель Московского университета (1839—1855), один из основоположников русской медиевистики.

Лекция 3 -15 сентября/ Лекции по истории Средневековья. (Лекции 1849-1850) – Москва: Наука, 1986. – С.16.

***

«…Можно составить себе понятие о том, на какие поступки Карл считал его способным, из того, что Карл, по уверениям некоторых, умер от голода: он отказывался принимать пищу, опасаясь отравы от сына. Людвиг жил, по-видимому, беззаботно у герцога Бургундского, был другом его сына Карла Смелого, участвовал в забавах его молодости и с людьми своего общества писал непристойные сказки {дошедшие до нас под заглавием: les cent nouvelles}» .

Т.Н.Грановский – русский историк – медиевист, преподаватель Московского университета (1839—1855), один из основоположников русской медиевистики.

Лекция 3 -15 сентября/ Лекции по истории Средневековья. (Лекции 1849-1850) – Москва: Наука, 1986. – С.16.

***

«…В 61 г. умер Карл VII, Людвиг отправился в Париж, сопровождаемый целым войском под предводительством герцога Филиппа Бургундского. Еще по дороге он отставил всех министров своего отца и объявил, что по прибытии произведет следствие над ними; большая часть из них бежала…»

Т.Н.Грановский – русский историк – медиевист, преподаватель Московского университета (1839—1855), один из основоположников русской медиевистики.

Лекция 3 -15 сентября/ Лекции по истории Средневековья. (Лекции 1849-1850)

– Москва: Наука, 1986. – С.17.

***

«…Мы имеем о Людвиге XI значительное собрание источников. Первое место занимают здесь записки Филиппа де Комминя. Это был бургундский дворянин, служивший сначала Карлу Смелому, потом перешедший к Людвигу и игравший потом важную роль в совете короля : это был ум проницательный, без теплоты чувств и без верований, но замечательный политический мыслитель. Французские некоторые писатели сравниваю его с Тацитом, но между ними нет ничего общего, кроме внешних аналогий – рассказа о жестоких правителях. Это не мешает , однако, Комминю быть великим историком, и всякий, кто хочет ближе познакомиться ближе с тем веком, должен непременно читать Комминя… »

Т.Н.Грановский – русский историк – медиевист, преподаватель Московского университета (1839—1855), один из основоположников русской медиевистики.

Лекция 3 -15 сентября/ Лекции по истории Средневековья. (Лекции 1849-1850) – Москва: Наука, 1986. – С.17.

***

«…Парижских граждан при въезде короля поразила страшная противоположность между герцогом Бургундским и королем. Первый въехал в город, как настоящий феодальный властитель, великолепно одетый, окруженный блестящим рыцарством. Людвиг был небольшого роста, худощавый, одетый в платье среднего сословия…»

Т.Н.Грановский – русский историк – медиевист, преподаватель Московского университета (1839—1855), один из основоположников русской медиевистики.

Лекция 3 -15 сентября/ Лекции по истории Средневековья. (Лекции 1849-1850)

– Москва: Наука, 1986. – С.17.

***

«…Может быть, эта самая простота и привлекла к нему сердца городского народонаселения. Между тем как Филипп давал рыцарские праздники, Людвиг знакомился с добрыми горожанами, крестил у них и особенно успешно действовал на женщин, удивлявшихся дотоле невиданной простоте короля.

Это был король среднего сословия с его ненавистью к феодализму…»

Т.Н.Грановский – русский историк – медиевист, преподаватель Московского университета (1839—1855), один из основоположников русской медиевистики.

Лекция 3 -15 сентября/ Лекции по истории Средневековья. (Лекции 1849-1850)

– Москва: Наука, 1986. – С.17.

***

«…Говорят, что на один турнир Филиппа Людвиг смотрел из окошек своего дворца и особенно забавлялся следующим: незнакомый рыцарь явился на турнир и страшно избивал рыцарей; говорят, что это был мясник, подосланный королем…»

Т.Н.Грановский – русский историк – медиевист, преподаватель Московского университета (1839—1855), один из основоположников русской медиевистики.

Лекция 3 -15 сентября/ Лекции по истории Средневековья. (Лекции 1849-1850) – Москва: Наука, 1986. – С.17-18.

***

«…Когда обнаружились планы Людвига XI, клонившиеся явно к уничтожению феодальной аристократии и возвышению королевской власти, в 1465 г. образовался известный союз ради общественного блага, принявший громкое название. Пышное название, которым были прикрыты цели вождей феодализма. Во главе союза стали герцоги Бретанский, Бургундский и Калабрийский из дома Анжу…»

Т.Н.Грановский – русский историк – медиевист, преподаватель Московского университета (1839—1855), один из основоположников русской медиевистики.

Лекция 4 -17 сентября/ Лекции по истории Средневековья. (Лекции 1849-1850) – Москва: Наука, 1986. – С.19.

***

«…У нас есть неоспоримые доказательства, что король поджигал Люттих против Карла. Но Карл успел с ним управиться, взял заложников (при Brusthem’e), заставил исполнить свои веления. Тогда Людвиг, продолжая возмущать Люттих, предложил договор Карлу, убеждая съехаться в городе Peronne на границах Артуа. Это было самое замечательное и известное свидание. Когда король приехал в Перонну, он надеялся склонить Карла, над которым лично всегда имел влияние, к отсрочке, а между тем в Люттихе готов был возникнуть мятеж вследствие переговоров Людвига.»

Т.Н.Грановский – русский историк – медиевист, преподаватель Московского университета (1839—1855), один из основоположников русской медиевистики.

Лекция 4 -17 сентября/ Лекции по истории Средневековья. (Лекции 1849-1850) – Москва: Наука, 1986. – С.20.

***

«…На другой день после приезда в Перонну. Карл узнал о новом страшном восстании в Люттихе (Люттихцы убили его чиновников, выгнали архиерея и подняли знамя бунта: они ждали помощи Людвига – Примечание Т.Н.Грановского). В первом порыве негодования Карл велел взять под стражу короля; его спасли обещаниями и подкупами; он [Людвиг] подкупил Филиппа де Комминя, сановника Карлова; тот сам об этом говорит: «При этом деле я имел случай оказать услугу королю, за что он был мне признателен». Но Людвиг, спасший жизнь свою, не спас чести. Он должен был согласиться на уступки более постыдные, чем прежние. Брату он отдал Шампанью, имевшую великую важность, ибо она соединяла бургундские земли между собой, Карл Шампанский всегда оттуда мог сносится с Бургнудией…разрозненные земли бургундские посредством Шампаньи слиться в одну массу. »

Т.Н.Грановский – русский историк – медиевист, преподаватель Московского университета (1839—1855), один из основоположников русской медиевистики.

Лекция 4 -17 сентября/ Лекции по истории Средневековья. (Лекции 1849-1850) – Москва: Наука, 1986. – С.21.

***

«…Потом герцог Бургундский заставил короля идти в своей свите к Люттиху. Жители города, увидав французское знамя в лагере бургундском, сначала испустили крики радости, но после увидели, в чем дело. Город защищался отчаянно: в одной ночной вылазке едва не попались в плен Людвиг и Карл, Людвиг показал здесь очень много усердия и действовал весьма храбро; ему хотелось хоть чем-либо поскорее вырваться из своего положения. Город взятый подвергся страшной участи; сотнями, тысячами казнили жителей и бросали в реку. Это случилось в 1467 году . »

Т.Н.Грановский – русский историк – медиевист, преподаватель Московского университета (1839—1855), один из основоположников русской медиевистики.

Лекция 4 -17 сентября/ Лекции по истории Средневековья. (Лекции 1849-1850) – Москва: Наука, 1986. – С.21.

***

«Людвиг воротился домой. По возвращению он нашел явные доказательства, что все его намерения наперед сообщались Карлу и главным орудием измены был кардинал Ла Балю, которого Людвиг вывел из ничтожества и которому поручал главные дела свои. Людвиг велел судить его светским судом и запер в железную клетку, изобретенную самим кардиналом, в которой нельзя было ни лежать, ни стоять во весь рост. Филипп де Комминь описал подробно этого рода клетки, которые он также отведал по его выражению.

Людвига характеризует песня, которую он напевал, ходя подле клетки кардинала:

«La cardinal de la Balue

Fait le pied de grue»*»

(*Перевод с фр. «Кардинал Ла Балю ходит журавлем»)

Т.Н.Грановский – русский историк – медиевист, преподаватель Московского университета (1839—1855), один из основоположников русской медиевистики.

Лекция 4 -17 сентября/ Лекции по истории Средневековья. (Лекции 1849-1850) – Москва: Наука, 1986. – С.21.

***

«В 1472 г. Карл Гиенский скоропостижно умер, съевши персик, данный ему одним монахом бенедиктинским. Есть мнение, причины, заставляющие думать, что это было сделано братом, потому что главный советник Карла – Лекке объявил торжественно, что виною смерти герцога – король французский, и взял под стражу монаха, подавшего персик; но тогда случилось странное событие: дьявол унес монаха из темницы. Конечно, современники догадывались, кто был этот дьявол. Земли Карла присоединились к владениям Людвига. »

Т.Н.Грановский – русский историк – медиевист, преподаватель Московского университета (1839—1855), один из основоположников русской медиевистики.

Лекция 4 -17 сентября/ Лекции по истории Средневековья. (Лекции 1849-1850) – Москва: Наука, 1986. – С.22.

***

«Одной из первых жертв Людвига сделался коннетабль Сен-Поль, один из первых, главных баронов Франции, представитель тогдашнего феодального сословия в Европе. Владения его лежали на границах Бургундии и Франции. Это давало ему возможность выбирать себе господина сообразно со своими минутными расчетами. Во все царствование Людвига он играл эту двусмысленную роль; войско бургундское не раз находилось под его предводительством, и в то же время он был коннетабль Франции. Это был человек необычайно честолюбивый и хитрый; между обоими государями он занимал какое-то среднее место, не объявляя себя никому решительным врагом, всегда уступая обстоятельствам. Следующие подробности из Комминя покажут, к каким средствам против него прибегал Людвиг, давно ненавидевший коннетабля; он вступил с ним в самые тесные отношения в 1475 г., в эпоху похода англичан во Францию послал к нему своих поверенных. Сен-Поль в это время продавал Бургундского герцога. Благодаря ему Людвиг знал все, что делалось в бургундском лагере. Тогда Людвиг пригласил бургундского посла, принял его за ширмами и призвал Сен-Поля, которого заставил высказать свои мнения и даже смеяться над Карлом. Он знал, что эти насмешливые слова повредят ему более чем измена. Результатом этого была выдача коннетабля Карлу ; суд был короток. С.-Поль был казнен. Верный своему правилу, Людвиг напевал песенку в день смерти Сен-Поля…»

Т.Н.Грановский – русский историк – медиевист, преподаватель Московского университета (1839—1855), один из основоположников русской медиевистики.

Лекция 5 – 20 сентября/ Лекции по истории Средневековья. (Лекции 1849-1850) – Москва: Наука, 1986. – С.23.

***

«На юге между тем существовала могущественная фамилия Арманьяков; они носили громкое имя и распо [лагали] большим влиянием. Главою их были герцог Немурский и граф Арманьяк. Последний был нежданно осажден в своем городе и принужден сдаться; ему были сделаны всякого рода обещания, но на другой день сдачи он был убит. Чрез несколько дней были убиты его жена и дети. Герцог Немурский в свою очередь был взят под стражу.»

Т.Н.Грановский – русский историк – медиевист, преподаватель Московского университета (1839—1855), один из основоположников русской медиевистики.

Лекция 4 -17 сентября/ Лекции по истории Средневековья. (Лекции 1849-1850) – Москва: Наука, 1986. – С.22.

***

«Герцог Немурский умирает на плахе. Конечно, он был изменник, но измена была прощена ему давно. Казнь эта произвела сильное впечатление на всех; герцог Немурский был друг Людвига: главной уликой его было дружеское письмо к Людвигу, в котором он говорит о своих прежних восстаниях. Самая казнь совершилась с страшными обстоятельствами: под эшафотом стояли малолетние дети герцога Немурского, так что на них капала кровь казненного отца.»

Т.Н.Грановский – русский историк – медиевист, преподаватель Московского университета (1839—1855), один из основоположников русской медиевистики.

Лекция 5 – 20 сентября/ Лекции по истории Средневековья. (Лекции 1849-1850) – Москва: Наука, 1986. – С.25-26.

***

«…Одним словом, во Франции не осталось головы, которая бы крепко держалась на плечах, как говорил сам Людвиг. Он писал к одному близкому ему человеку – Андрэ : «Милый Андрэ, держи голову обеими руками»»

Т.Н.Грановский – русский историк – медиевист, преподаватель Московского университета (1839—1855), один из основоположников русской медиевистики.

Лекция 5 – 20 сентября/ Лекции по истории Средневековья. (Лекции 1849-1850) – Москва: Наука, 1986. – С. 26.

***

«Эдуард IV явился в сопровождении многочисленного блестящего войска; англичане думали, что снова им предстоят прежние надежды. Это был цвет народонаселения, богатые мызники, часть конницы, все дворянство Англии. Но Людвиг XI не похож был на предшественников: он уклонялся от битвы и вел переговоры, а между тем он подкупил всех близких людей к Эдуарду и, наконец, подкупил самого Эдуарда; разрушая все средневековые идеалы, он не дорожил и честью. Он открыто отказывался от титула короля Франции, лишь бы оставили ему власть, и в переписке называл себя принцем, а Эдуарда королем Франции. Всем министрам его дал он значительные суммы и взял с них расписки. Назначив свидание с Эдуардом, Людвиг XI звал его в гости в Париж, где обещал ему много хорош[еньк]их женщин. По заключению мира, он усиленно предлагал Эдуарду ехать праздновать его в Париж, но когда тот согласился, Людвиг, боясь, чтобы Париж не слишком понравился Эдуарду, так же усиленно уговаривал его остаться.»

Т.Н.Грановский – русский историк – медиевист, преподаватель Московского университета (1839—1855), один из основоположников русской медиевистики.

Лекция 5 – 20 сентября/ Лекции по истории Средневековья. (Лекции 1849-1850) – Москва: Наука, 1986. – С.23.

***

«В начале 77 года он (Карл Смелый) осадил город Нанси, отнятый у него герцогом Лотарингским и при осаде был в третий раз разбит швейцарцами и сам был убит. Был ли он убит врагами своими или изменниками, окружавшими его, этот вопрос остается нерешенным; много есть причин думать, что итальянский кондотьер Кампобассо содействовал не только поражению, но и смерти Карла, ибо получил огромную сумму от Людвига.»

Т.Н.Грановский – русский историк – медиевист, преподаватель Московского университета (1839—1855), один из основоположников русской медиевистики.

Лекция 5 – 20 сентября/ Лекции по истории Средневековья. (Лекции 1849-1850) – Москва: Наука, 1986. – С.25

***

«….Надо правду называть правдой, ложь – ложью и преступление – преступлением»

Генерал А.И.Деникин,

из книги Марина Деникина. Генерал Деникин. Воспоминания дочери. – Москва, 2005. – С.299.

***

«Он (Людовик XI ) родился как бы и королевским сыном, и не совсем, потому что большую часть его жизни вот этот дофин Жанны Карл, или Карл Седьмой, провел совсем не по-королевски. Он назывался «Буржский король», презрительно. Англичане очень поддерживали это, и внутренние враги во Франции. Ну, какой король, если по договору в Труа 1420-го года он был лишен всяких наследственных прав, и мать даже объявила его незаконнорожденным? Ну, какой он дофин? Поэтому рождается-то мальчик, когда его отец Карл Седьмой, которому 20 лет, всего 1 год назад коронован, коронован своими сторонниками в Пуатье, незаконно…

В 1422-м он коронован своим окружением, и потому в глазах любого недруга он Буржский король. А этот мальчик – Буржский наследник. То есть, это уже первая травма. Мы много с вами говорили, как вот эти детские трагедии… А вообще-то королевское детство вызывает королевские трагедии, они отражаются. Он Буржский наследник. Мать – Мария Анжуйская, которая малую роль играет в его жизни. В ничтожном, так сказать, состоянии воспитывается он при Буржском этом дворе при незаконно коронованном отце. До десяти лет почему-то его держали вдали от матери. Признаюсь, не удалось мне понять точно, почему.»

Наталия Басовская. профессор РГГУ в передаче : «Людовик XI Валуа: благоразумный паук. Заклеймим абсолютизм». / Историческая программа Алексея Венедиктова и Натальи Басовской – «Все так»/Радио: “Эхо Москвы” 20.10.2012 18:08.

***

«Сначала его отдали на воспитание, видимо, любовнице отца Катрин де Жиак, а затем главному фавориту отца, политическому фавориту, Ла Тремулю, или Ла Тремую, главному врагу Жанны, между прочим. В общем, обстановочка хороша. Затем появляется позже при дворе любовница отца, знаменитая Агнесса Сорель, которую дружный хор и современников, и потом историков называются суперкрасавицей. Историки даже любят так, по портретам: «самая красивая женщина 15-го века». Так вот, есть предание, что мальчишкой будущий Людовик Одиннадцатый, пока дофин Людовик, гонялся за ней с мечом, угрожая ее убить мечом, эту самую красивую женщину, будучи оскорбленным за свою мать.»

Наталия Басовская. профессор РГГУ в передаче : «Людовик XI Валуа: благоразумный паук. Заклеймим абсолютизм». / Историческая программа Алексея Венедиктова и Натальи Басовской – «Все так»/Радио: “Эхо Москвы” 20.10.2012 18:08.

***

«…Это 1429-й год, ему будет 8 лет. Но раннее детство: отец – король ненастоящий, у отца эта суперлюбовница, которую он ненавидит, оскорбляясь за свою мать – в общем, так себе детство. Для королевских семейств это не так редко, но здесь очень колоритно…»

Наталия Басовская. профессор РГГУ в передаче : «Людовик XI Валуа: благоразумный паук. Заклеймим абсолютизм». / Историческая программа Алексея Венедиктова и Натальи Басовской – «Все так»/Радио: “Эхо Москвы” 20.10.2012 18:08.

***

«13-летнего Людовика женят на 11-летней Маргарите Шотландской. Ну, романисты, которых, кроме Вальтер Скотта, более низкого уровня было много вокруг жизни Людовика Одиннадцатого… есть романисты весьма невеликого полета, они очень любят рассуждать о том… и искать, когда же этот брак реализовался. Ну, в общем, здесь много спекуляций. Но, короче говоря, это тоже, ну, назвать семьей… ведь это тоже не назовешь. Как был одиноким мальчишкой, так и остается. А еще и какая-то 11-летняя жена… Да, у него дурацкая жизнь.»

Наталия Басовская. профессор РГГУ в передаче : «Людовик XI Валуа: благоразумный паук. Заклеймим абсолютизм». / Историческая программа Алексея Венедиктова и Натальи Басовской – «Все так»/Радио: “Эхо Москвы” 20.10.2012 18:08.

***

«Два года спустя, в 1439-м, король, теперь вполне король Карл Седьмой, который останется в истории – еще он это прозвище не получил, но получит – с прозвищем «Победитель» после завершения войны, в основном завершения…

А. Венедиктов: Наш утенок-дофин

Н. БАСОВСКАЯ: Да, бывший дофин, утенок несчастный. Он назначил своего сына Людовика, будущего Людовика Одиннадцатого, наместником в Лангедоке. Это очень хорошо. Это богатая область…»

Н. БАСОВСКАЯ: Да, бывший дофин, утенок несчастный. Он назначил своего сына Людовика, будущего Людовика Одиннадцатого, наместником в Лангедоке. Это очень хорошо. Это богатая область…»

Наталия Басовская – профессор РГГУ, и Алексей Венедиктов – главный редактор радиостанции “Эхо Москвы” в передаче : «Людовик XI Валуа: благоразумный паук. Заклеймим абсолютизм». / Историческая программа Алексея Венедиктова и Натальи Басовской – «Все так»/Радио: “Эхо Москвы” 20.10.2012 18:08.

***

Н. БАСОВСКАЯ: Филипп Добрый принимает дофина с широко раскрытыми объятиями («У нас общий враг»). Он его обласкал настолько, что, ну, лучше некуда. Дал ему пенсион 36 000 франков. Дофин до времени коронации больше… а до коронации осталось 5 лет. Он этого не знает, но ждет бешено. Получил прекрасный этот пенсион, он жил, не нуждался в средствах. У него рождаются дети там уже, при Бургундском дворе, но во младенчестве умирают.

А. ВЕНЕДИКТОВ: Извините, Наталья Ивановна, очень смешно зафиксировано то, что сказал Карл Седьмой, узнав, что дофин убежал к Филиппу Бургундскому. Он сказал:

«Мой бургундский кузен, – сказал уже больной Карл Седьмой, – принял такого лиса, который передушит всех его кур».

Н. БАСОВСКАЯ: И ведь он был совершенно прав.»

Наталия Басовская – профессор РГГУ, и Алексей Венедиктов – главный редактор радиостанции “Эхо Москвы” в передаче :

«Людовик XI Валуа: благоразумный паук. Заклеймим абсолютизм». / Историческая программа Алексея Венедиктова и Натальи Басовской – «Все так»/Радио: “Эхо Москвы” 20.10.2012 18:08.

***

Н. БАСОВСКАЯ: И, короче говоря, теперь Людовику остается одно: ждать смерти отца. Он ждал ее так истово!.. Он посадил людей вокруг Карла Седьмого, ходят разговоры, что он его отравил. Карл Седьмой боялся, что он его отравит, перестал пищу толком принимать. Есть версия, что Карл Седьмой вообще умер от голода, настолько боясь, что этот лис его отравит. И когда, наконец, появился гонец, принесший для Людовика счастливую весть – отец умер! – гонец был обласкан. Жадный Людовик дал ему денег. А когда пришло несколько чудаков в траурных одеждах выражать соболезнования…

А. ВЕНЕДИКТОВ: Сыну.

Н. БАСОВСКАЯ: … он их не принял и ускакал на охоту. То есть, моральный облик, с позиций 20-го – 21-го века, чудовищный. Но в среде королевской, в среде абсолютизма, этой жесточайшей политической системы – нормальный.

Наталия Басовская – профессор РГГУ, и Алексей Венедиктов – главный редактор радиостанции “Эхо Москвы” в передаче : «Людовик XI Валуа: благоразумный паук. Заклеймим абсолютизм». / Историческая программа Алексея Венедиктова и Натальи Басовской – «Все так»/Радио: “Эхо Москвы” 20.10.2012 18:08.

***

«Когда… стало ясно, что Франция не сможет избежать этого, промышленники хладнокровно рассмотрели проблему и с присущей нашему французскому гению изворотливостью ума постарались приспособиться к новой ситуации… »

Министр труда Коллиар, 16 апреля 1919 года.

«Débats parlamaintaires. Session ordinaire de 1919» tome unique; partie II; page 1802С.21. 3-й том ИФ. Москва: Изд-во «Наука», 1973.

***

«Из всех, кого я знал, самым мудрым человеком, способным выпутаться из беды в тяжелое время, был наш господин – король Людовик XI, смиреннейший в своих речах и одежде и весьма настойчивый, когда ему нужно было привлечь на свою сторону полезных или опасных для него людей. Он не унывал, если с первого раза получал отказ от того или иного человека, и продолжал свои усилия, не жалея посулов и даров в виде денег или тех должностей, которые как он знал, точно того прельщали. В мирное и спокойное время, он бывало, лишал доверия и прогонял некоторых людей, а затем, когда появлялась в них нужда, возвращал их, щедро одаряя, и пользовался их услугами, не держа на них никакого зла за прошлое. Он был, естественно, другом людей невысокого положения и врагом всех могущественных, способных обойтись без него…»

Ф де Коммин, Глава X .- Мемуары. – Москва: Наука, 1986-стр. 34-35.).

***

«…если в трудную минуту он вел себя мудро, то как только чувствовал себя в полной безопасности или хотя бы получал передышку, он начинал во вред себе уязвлять людей по мелочам, ибо с трудом переносил спокойную жизнь. Он с легкостью злословил о людях и в глаза, и за глаза, исключая лишь тех, кого побаивался, – а таких было немало, – поскольку по природе своей был довольно – таки боязливым. Но когда его болтливость приносила ему неприятности или же он опасался их и хотел как-то поправить дело, он говорил обиженному: «Я знаю, что язык мой причиняет мне много вреда, но он же иногда и доставляет радость. Однако я готов повиниться». Слова эти он подкреплял каким-нибудь подарком, и дары его были щедрыми… »

Филипп де Коммин, Глава X .- Мемуары. – Москва: Наука, 1986.- С.35.

***

«…Когда он обрел силу, став королем, он поначалу помышлял лишь о мести, но очень скоро из-за этого приключилось немало бед, и тогда к нему пришло раскаяние …»

Филипп де Коммин, Глава X .- Мемуары. – Москва: Наука, 1986.- С.35.

***

«Хочу Вам привести красноречивый пример. Когда бы ни велись переговоры между англичанами и французами, благодаря уму и искусности французы всегда брали верх. И англичане говорят, как некогда они мне сказали во время переговоров с ними, что в сражении с французами они всегда или чаще всего выигрывают, а на всех переговорах проигрывают и несут убытки. И действительно, насколько я знаю, в нашем королевстве есть такие люди, способные вести ответственные переговоры, каких нет ни в одном другом известном мне государстве, и это особенно те, кто воспитан нашим королем: ведь для подобных дел нужны люди услужливые, умеющие все стерпеть, снести любые речи ради достижения цели, и именно таких, как я говорил, он и подбирал себе…»

Филипп де Коммин, Книга третья. Глава VIII .- Мемуары. – Москва: Наука, 1986.- С.108.

***

«Я немного затянул разговор о послах и о том, что за ними нужен глаз, но сделал это не без причины, ибо видел так много обмана изла, совершаемого под покровом посольств, что не могу это обойти молчанием… »

Филипп де Коммин, Книга третья. Глава VIII .- Мемуары. – Москва: Наука, 1986.- С.108.

***

«…вспомним хотя бы королей вроде Людовика XI, носившего на шляпе отлитую из свинца фигурку богородицы и спокойно смотревшего на распятых на колесе, замурованных заживо…»

Томас Карлейль. Французская революция.- Москва: Мысль,1991.-С.13.

***

«Злодея карают не за совершенное им злодеяние, а в назидание другим. Да убоятся они творить зло».

Людовик XI

***

«Я дам столько-то тому, кто принесет мне новости.»

Людовик XI

«Он необычайно красив, этот король, и безмерно любит женщин. А в Париже он может найти какую-нибудь красотку, которая его столь прельстит прекрасными речами, что ему, пожалуй, захочется вернуться…»

Людовик XI об английском короле Эдуарде IV.

***

«Глупые люди полагают, что раз наказание за злое дело не последовало тотчас же, то здесь на свете нет справедливости, а если есть, то лишь случайная. Наказание за злое дело задерживается иногда на несколько дней, иногда на несколько столетий. Но оно так же верно, как жизнь, так же неминуемо, как смерть!»

Томас Карлейль.

***

«Взгляните хотя бы на эти мощные каменные стены. Грязный пограничный город (Lutetia Parisiorum или Barisiorum) покрылся мостовыми и широко раскинулся на обоих берегах Сены, заняв даже острова. Он называется теперь Парижем и иногда хвастливо именует себя новыми Афинами или даже столицей мира. Высокие древние башни мрачно хмурятся, глядя на вас из глубины тысячелетий. Воздвигнуты на вере (от нее, быть может осталась лишь память) соборы, дворцы, ну и конечно же закон и государство.»

Томас Карлейль. Французская революция.- Москва: Мысль,1991.-С.12.

***

«Чем более низок и подл человек, тем приятнее ему бальзам лести.»

Томас Карлейль. Французская революция.- Москва: Мысль,1991.-С.21.

***

«Первый признак порчи общественных нравов – это исчезновение истины»

Мишель Монтень, “Опыты”

***

«Последние годы жизни Людовик провел, запершись в своем замке Плесси-де-Тур, где его днем и ночью окружали верные шотландцы. Сохранилось много преданий о мрачных застенках этого дворца. Людовик всегда получал удовольствие, наблюдая за тяжкими страданиями своих узников. К старости его жестокость еще усилилась. Впрочем, по словам Коммина, он сам страдал от страха не меньше своих врагов и фактически подверг себя добровольному заключению в стенах своего неуютного жилища. Перед смертью он впал в такую подозрительность, что не решался даже выходить во двор и ежедневно менял и переставлял с одной должности на другую всех слуг. Лишь немногие из приближенных допускались к королю. Сын его, дофин Карл, не видел отца несколько лет.»

Константин Рыжов. Все монархи мира. Западная Европа. Москва, 1999 г. http://www.hrono.ru/biograf/bio_l/ludovik11.php

***

«Aditum nocendi perfido praestat fides»

«Доверие, оказываемое вероломному, дает ему возможность вредить»

Сенека, «Эдип.

***

«В выражении лица этого человека было что-то одновременно привлекательное и отталкивающее, в его резких чертах, ввалившихся щеках и глубоко сидящих глазах сквозили лукавство и затаенный юмор, не чуждый и нашему юноше. И в то же время во взгляде этих впалых глаз, смотревших из-под густых, нависших черных бровей, было что-то зловещее и повелительное.»

Вальтер Скотт. Путник/ Квентин Дорвард. – Москва , 1980. – С.19.

***

«Со мной шутки плохи, а с моего товарища хватит и того, что он получил. »

Вальтер Скотт. Путник/ Квентин Дорвард. – Москва, 1980. – С.22.

***

«Я и забыл тебя предупредить о самой большой опасности, подстерегающей тебя в здешних местах: у каждого листочка в этом лесу есть уши и каждое слово будет передано королю».

Вальтер Скотт. Путник/ Квентин Дорвард. – Москва, 1980. – С.22.

***

«Поживи-ка на свете да сделайся преданным, верным слугой своего государя, и ты узнаешь дружок, что в мире ничто так приятно не пахнет, как труп врага, предателя или изменника, – заметил француз.»

Вальтер Скотт. Квентин Дорвард. – Москва:, 1980. – С.32-33.

***

«Я не сержусь на тебя, Жаклина, ты еще слишком молода, чтобы быть вероломной и лживой, каковой, к сожалению, ты станешь со времен, как вся ваша непостоянная порода.»

Вальтер Скотт. Квентин Дорвард. – Москва, 1980. – С.42.

***

«Ты просто еще молод и глуп, – сказал ему дядюшка Пьер, – и так же плохо знаешь женщин, как и государей, о которых судишь вкривь и вкось, тогда как сердца их (тут он набожно перекрестился) – в руках божьих.»

Вальтер Скотт. Квентин Дорвард. – Москва, 1980. – С.43.

***

«Тот старик с виду груб и суров, а язык у него острый и злой, но он великодушен и щедр. Такой человек стоит черствого и равнодушного родственника. «Лучше добрый чужой, чем свой, да чужой», как говорит наша шотландская пословица».

Вальтер Скотт. Квентин Дорвард. – Москва, 1980. – С.69.

***

«Откровенно говоря Дюнуа, при всем моем уважении к святому таинству брака (тут он перекрестился), я бы предпочел, чтобы Орлеанский дом дарил нам таких доблестных воинов, как ты и твой отец, людей, в чьих жилах течет кровь французских королей, не давая им прав на французский престол…»

Вальтер Скотт. Квентин Дорвард. – Москва, 1980. – С.124.

***

«Шотландская честь всегда была безупречна. На нее можно положиться, и я ей верю. Но измена!.. Измена сидит за нашим столом, искрится в наших кубках, рядится в платье наших советников, улыбается устами наших придворных, слышится в хохоте наших шутов, а чаще всего таится под дружеской личиной примирившегося с нами врага…»

Вальтер Скотт. Квентин Дорвард. – Москва, 1980. – С.142.

***

«… есть опасности, которым надо прямо смотреть в глаза. Если же ты станешь уклоняться от них – гибель становится неизбежной. Если я смело подойду к собаке, которая рычит на меня, и приласкаю ее, то десять шансов против одного, что она меня не тронет. Если же я выкажу ей свой страх, она наверняка бросится и укусит меня. Я буду с тобой откровенен: для меня очень важно, чтобы этот человек вернулся к своему сумасбродному господину, не затаив гнева против меня. Вот почему я иду на такую опасность. Я никогда не боялся рисковать своей жизнью для блага моего королевства…»

Вальтер Скотт. Квентин Дорвард. – Москва, 1980. – С.143.

***

«Тот, кто хочет иметь успех при дворе, должен знать все ходы и закоулки, потайные двери и западни этого замка не хуже, чем его главные ворота и парадный вход…»

Вальтер Скотт. Квентин Дорвард. – Москва 1980. – С.143.

***

«Какая беда, если посланный будет убит, исполнив свое поручение? Это то же, что разбить бутылку, когда вино из нее выпито…»

Вальтер Скотт. Квентин Дорвард. – Москва, 1980. – С.171.

***

«Люди вообще настолько имеют значения и влияния, насколько нужны; а люди, подобные Грановскому, теперь нам крайне нужны. Время еще впереди, когда настанет для нас потребность в специалистах, в ученых; мы нуждаемся теперь в бескорыстных и неуклонных служителях науки, которые бы твердой рукою держали и высоко поднимали её светоч; которые, говоря нам о добре и нравственности — о человеческом достоинстве и чести, собственною жизнью подтверждали истину своих слов… Таков был Грановский — и вот отчего льются слезы о нем; вот отчего он, человек бессемейный, был окружен такой любовью и при жизни и в смерти… Заменить его теперь не может ни один человек, но сам он будет еще действовать за гробом,– действовать долго и благотворно. Он жил недаром — он не умрет. Во всей его деятельности ничего не было такого, в чем бы не мог он громко и ясно признаться перед всеми; он сеял свои семена днем, при свете солнца, и когда они взойдут и принесут плоды — в них не будет ничего горького… Выше этой похвалы и этой награды для человека нет.»

И. С. Тургенев «Два слова о Грановском»[3]

http://ru.wikipedia.org/wiki/Грановский,_Тимофей_Николаевич

***

«О Грановском можно сказать, что он уже тем был полезен, что жил, и это не будет преувеличено, а как вдумаешься в эти слова, так ведь это величайшая похвала, какую можно сказать человеку!»

Некрасов Василию Боткину в октябре 1855 года после смерти Грановского

***

«Верность Луи сохранили в это трудное время немногие: Шарль де Мелюн, дядя по материнской линии Шарль дю Мен, Иоахим де Ройяль – преданный маршал еще с дофинцев, Тристан л’Ерните – прево, Прево Анри де Ливре, эпископ Еврё Жан де Балю (который позже станет кардиналом), два другие родственника – дядя Рене Анжуйский и младший брат Шарль Французский были на стороне восставших, которых поддержали практически все принцы и дворянство.

Как писал дипломат и шпион (от дома Сфорца) в своем донесении Франческо Сфорца: «Его величеству не на кого положиться. Даже Жан де Лескун – бастард Арманьяк некогда наиболее преданный королю теперь попытался занять сторонне положение – пославшись больным. »

C.А.Горбенко “Конспект – перевод” монографии Жана Фавье. “Людовик XI”, Париж, 2001.- С. 489.

***

«Жак де Бон – купец из города Тура, известный в истории под именем Самблансэ (по названию принадлежавшего ему поместья), – был сыном не менее известного Жана де Бона, который впервые упоминается в 1454 году как поставщик владетельного Ангулемского дома; спустя десять лет Жан де Бон – один из крупнейших негоциантов королевства. Его ремеслом была торговля сукнами, но он ею не ограничивался. Мы знаем, например, что он был активным участником коммерческих предприятий Людовика XI, когда в 1464 году велел построить четыре галеаса, а именно «Святого Мартина», « Святого Николая», «Святого Людовика» и «Святую Марию», чтобы продолжить дело Жака Кёра, направившего ранее свои четыре галесас в Средиземное море. Жан де Бон из Лиона вступил в компанию с Жоффруа ле Сиврие из Монпелье, Ж. де Камбрэ из Лиона, Никола Арнулем из Парижа и Жаном Пла из Брюгге. Как мы видим, эти богатые купцы создавали крупные и уже вполне международные компании.

Жан де Бон был одним из тех, кто получал товары, доставленные из Леванта на галеасах, и пускал их в обращение. Кроме того, в 1470 году он поставил первые партии шелка-сырца на шелковые мануфактуры с итальянскими мастеровыми, которых Людовик XI вывел из-за Альп, чтобы поселить сначала в Лионе, а затем в Туре. Позднее вместе со своим зятем Жаном Брисонне он по просьбе короля отправил в Лондон пряности, парчу и шелк на 25 000 экю. Это была попытка открыть прямой доступ к английскому рынку и избавиться от посредничества Брюгге.»

Люсьен Февр. Торговец XVI столетия/ Бои за историю. – Москва:Наука, 1991.- 235.

***

«Английские вторжения, грабежи, чинимые солдатней и бандитами; позже -беспощадный деспотизм и безжалостное налоговое обложение при Людовике XI за долгие годы разорили и обезлюдили Францию. В 1470 году, даже в 1480 – всюду развалины; поля не вспаханы; деревни покинуты и сожжены; волчьи глаза светятся в зарослях колючего кустарника, а посреди разрушенных домов – пустой остов церкви с полуобвалившимися стенами, точно мертвец с отлетевшей душой…Пройдет тридцать лет, и при Людовике XII – всюду мир, богатство, изобилие, земля оделась в белый наряд домов, церквей, новых дворцов и замков. Люди повеселели. Они едят. Они смеются. Они пляшут… »

Люсьен Февр. Главные аспекты одной цивилизации/ Бои за историю. – Москва:Наука, 1991.- 299-300.

***

«Осенью 1468 прошли суды над многими наследниками ланкастерских вельмож, погибших в предшествующий период войны. После следствия и суда их казнили. Для короля Англии стало очевидным, что Людовик XI ведет против Англии, и что еще более важно против него лично беспощадную борьбу, что в какой-то мере предрекло судьбу и всей «партии мира с Францией» и его дальнейшую…»

Штокмар, стр. 113.

***

«Людовик XI был очень доволен прибытием Уорика и решил примирить его с Маргаритой Анжуйской, жившей в то время под его покровительством во Франции. С их помощью Людовик XI замыслил создать новый (весьма парадоксальный невильско-ланкастерский альянс – союз двух бывших злейших врагов, ибо все Невили были раннее сторонниками Ричарда Йорка и насмерть сражались с Ланкастерами, сейчас когда Невили сражались против Эдуарда IV, которого традиционно люто ненавидели ланкастерские лорды), Людовик решил объединить их усилия и свалить ненавистного для него короля Эдуарда.»

Весна- начало лета 1470 года.

Штокмар, 115.

***

«Когда Эдуард подошел к Ноттингему, он с удивлением узнал, что войска предали его. У него осталось лишь восемьсот человек и младший брат Ричард Глостер. Захватив корабли в Линне, они вышли в море, и после многих злоключений добрались до Голландии где прибегли к покровительству Карла Смелого герцога Бургундии. »

Штокмар, стр.115.

«Эдуард IV практически продал находившуюся у него в плену королеву Маргариту за 50 тыс. крон Людовику.»

Штокмар, стр.118

Сообщение Aphorismes sur le roi Louis XI появились сначала на SAGOR.

La basilique Notre-Dame de Cléry comme l’une des églises royales en France (un bref aperçu historique)

Метою цього короткого наукового нарису є ознайомлення українських науковців-релігієзнавців та широкого загалу з однією з важливіших і знаменитих церков Франції, котра має значення не тільки як одна із відомих діючих церков, але й як цінна пам’ятка культури та історії французької католицької церкви  доби середньовіччя.

Якщо такі собори і церкви Франції, як Нотр-Дам де Парі, Реймський собор, Шартрський собор, базиліка Сан-Дені, абатства Клерво, Фонтене, Клюні відомі не тільки у Франції, але й далеко за її межами, то базиліка Нотр-Дам де Клєрі, місце щорічних прощ у Франції, яку французькі віруючі відносять до одних із святих місць, за межами  самої Франції, відома лише вузькому колу фахівців, та випадковим туристам, яким пощастило її відвідати.

Оскільки автор, даного нарису вже другий рік працює в цій базиліці, досліджуючи історію поховання в ній короля Франції Людовика ХІ, та багатьох інших історичних персонажів, уславлених в часи Столітньої війни (1337+1558), він вважав за доцільне сказати кілька слів і про саму базиліку.

Визначимось в термінах. На відміну від України, де діючі церкви мають такий статус, як катедри, церкви, або монастирі, у Франції крім згаданих видів церковних установ, є ще базиліка. Статус базиліки надається як правило церкві яка вирізняється від багатьох інших або незвичайною історією, або видатними особами, що поховані там, або великими розмірами, та високохудожньою архітектурою, інколи базиліка поєднує всі три чинники. Таким чином, базиліка у Франції займає середній статус між катедралем і звичайною церквою. Ми обмежимося цим визначенням, тому що фахівці з історії французького католицизму безперечно можуть це визначення продовжити, розширити і уточнити. Але для того, щоб пояснити відмінність базиліки від звичайної церкви є сенс згадати про ці  відмінності.

Статус королівської церкви, мають ще менше церков, це перш за все церкви та катедралі, головна функція котрих була обслуговувати королівську родину, та державу, яку ця родина репрезентувала. Деякі з королівських церков Франції нами вже згадані вище. Це насамперед Реймський собор, потім Шартр і звичайно базиліка у Сан-Дені.

Кожна із названих церков виконувала традиційно лишень свої функції, і саме ця традиція служби зробила ці церкви відомими. Так, починаючи з хрещення і коронації короля франків Хлодвіга всі французькі королі коронуються у Реймсі. Коронування у Шартрі, Сан-Дені, чи Нотр-Дам де Парі, просто неможливе, незважаючи на відомість і славу цих церков. Це вже традиція визнана віками і надаюча певний авторитет і легітимність самому акту коронування. Тому, коли 16 грудня 1431 року кардинал Вінчестер коронує «короною Франції та Англії» Генрі VI, англійського короля в славетному Соборі Богородиці Парижської (Notre-Dame de Paris) в Парижі, цей акт коронації не був визнаний законним ні французьким, ні європейським суспільством. Між тим, як регент Франції, стрий Генрі VI герцог Бедфорд мав на руках, цілком законні статі договору в Труа від 1420 року, згідно якого французький король Шарль VI визнавав своїм наступником і спадкоємцем свого зятя, короля Англії Генрі V, батька Генрі VI і не визнавав своїм наступником принця Шарля, якого не вважав своїм сином [6; 32].

Отже, як наочно видно з наведеного відомого історичного факту, коронація Шарля VII саме у Реймсі, здійснена завдяки Жанні д’Арк 17 липня 1429 року, повністю закреслила ніби то цілком надійні сподівання і законні права англійського короля. Ось таке значення відігравав Реймський собор весь час свого існування. Тому його цілком справедливо можна назвати королівською церквою Франції, бо не коронувавшись у Реймсі, нащадок престолу ніколи не міг стати королем країни.

Своє виключне значення, як провідної французької церви Реймський катедраль здобуває після того як в Різдво або 496 або 499 [1;32]  в ньому разом із 3000 своїх воїнів хрестився король франків Хлодвіг з роду Меровінгів (Clovis), там же король був визнаний римо-католицькою церквою як король усієї держави франків, тобто Франції.

Для кожного українця старовинний катедраль Реймса має певне позитивне забарвлення, пов’язане із славними сторінками і нашої власної історії. Адже починаючи з 1044 року, коли тодішній король Франції з династії Капетингів Анрі І (1008+1060) взяв  шлюб з донькою Великого князя Київського Ярослава Мудрого (977+1054) Анною Ярославною (+1075) [25 ;29], яка привезла у Францію Київське Євангеліє, всі служби в тому числі і коронації в Реймському соборі використовували саме це Євангеліє. Воно було свідком і визначної події французького визволення – коронації Шарля VII 17 липня 1429.

Якщо Реймський собор був офіційною церквою коронації для королів Франції, то спочатку абатство, а потім зокрема базиліка Св. Дениса, або Сан-Дені була місцем, офіційного поховання французьких королів і королев. Першим французьким королем похованим в Сан-Дені став Дагоберт (608+639) з династії Меровінгів, він був похований в 19 січня 639 року [2; 72]. Після короля Дагоберта, там був також похований його син Хлодвіг ІІ (Clovis II, 635+657) в 657 році [3,76]. І хоча Каролінги ховали королів своєї династії в Saint-Denis лише епізодично, то Капетінги (за винятком трьох королів) та Валуа ховали всіх померлих королів і королев виключно в Сан-Дені. Саме з цього періоду – із  поховання Хуго І Капета 22 листопаду 996 року Сан-Дені набуває в середньовічних французьких хроніках статусу «de droit naturel» * «le cimetière aux rois»**[20; 3].

Шартрська церква (Notre-Dame de Chartres) відігравала функцію домової церкви французьких королів, де хрестили новонароджених принців та принцес, укладали шлюби, святкували релігійні та державні свята. Тобто це була церковна установа яка обслуговувала негайні щоденні духовні потреби королівської родини. Цей «статус кво» неуклінно дотримувався до 1421 року. Бо з 1421 року майже вся територія Північної Франції опинилась в руках англійців та їх союзників. Опинились в руках герцога Бедфорда, регента при малолітнім принці Генрі VI і Реймс, і Сан-Дені і Шартр, а ще до цього з  1418  року під владу англійської адміністрації потрапила і столиця країни – Париж. З вересня 1424 року переможці – англійські війська осадили останній оплот і французьку святиню на півночі Франції – абатство Монт-Сан-Мішель (Mont-Saint-Michel), що являла собою потужну фортецю. Вона була заблокована з суші і з моря від всієї країни [7; 40,41].

Рух французького опору, разом із єдиним французьким претендентом на престол, дофіном Шарльом, сином королеви Ізабелли Баварської і короля Шарля VI, перемістився на південь країни в долину Луари, де були зосереджені, ще не окуповані загарбниками землі васалів і союзників дофіна, що залишилися вірними – домени родин Орлеанської, Анжуйської та Беррі. Спочатку у м. Буржі, а потім  у замку Шінон (Chinon), в межах герцогства Орлеанського. В цій новій, терміновій столиці був заснований новий державний апарат, утворені французькі державні установи, бо всі установи і урядовці, що залишились у Парижі, фактично стали англійськими і виконували волю англійського регента. Але створити нові установи було можна і на новому місті, можна було навіть збирати нову армію, що неодноразово робили дофін і його уряд. Але нащадок французького престолу, майбутній король країни мав мати власну церкву, де виконувались би необхідні релігійні функції, і ця церква мала мати особливий статус, авторитет, бути церквою французького, а не англійського короля. Разом з тим, церква не мала бути далеко розташована від Шінону, бо пересування в той час було аж надто небезпечним для дофіна, який був одиноким символом французької свободи і права на незалежність.

З цих міркувань, оточення дофіна Шарля, зупинило свою увагу на невеличкій тоді ще церкві Нотр-Дам у маленькому містечку Клєрі, розташованому за 15 км на південний захід від Орлеану. Саме з цього важкого періоду, починається власне історія базиліки Нотр-Дам де Клєрі як королівської церкви, а точніше церкви династії Валуа. Вибір був вдалий, адже з півночі церкву захищала річка Луара та потужне місто-фортеця Орлеан, із сходу від Бургундії церкву прикривали володіння герцогів де Беррі, а на заході базиліка прикривалась самим Шіноном. Виходило так, що нова королівська церква опинялась як би в центрі підконтрольної дофіну Шарлю території.

Але були, не тільки політико-стратегічні міркування у виборі місця для розташування церкви. Була і власна цікава і незвичайна історія цієї церкви, яка давала їй і всьому тому місту харизматичну роль, статус святого місця. Щоб це краще зрозуміти коротко оглянемо історію базиліки Нотр-Дам де Клєрі до згаданих подій, або до 1421 року.

Треба зауважити, що самій базиліці та її історії у Франції присвячені великі і солідні наукові праці, тому наше повідомлення, є лишень коротенький і дуже стислий опис її надзвичайно  цікавої історії.

Історія та релігійне передання – традиція про церкву Св. Богородиці Клєрійської:

І. Історія базиліки Нотр-Дам де Клєрі до  1421 року

Головною реліквією базиліки, довкола котрої протягом багатьох віків формувалась її релігійна харизма безперечно є статуя Богородиці з немовлям –Богородиці Клєрійської. Ця статуя – один із прекрасних зразків середньовічної дерев’яної поліхромної скульптури. Ось як вона описується в фундаментальній праці Louis Jarry, присвяченій  історії міста Клєрі та базиліки Нотр-Дам :  «… якщо тривалий час  ми помилялись, вважаючи, що це дві скульптури окремо зроблені і потім з’єднані між собою, то зараз ми можемо напевно стверджувати, що ці дві скульптури (мається на увазі фігури Богородиці і маленького Христа) зроблені комплектно з одного блоку дерева таких розмірів: висота – 1м 7см, товщина в анфас – 35 см, товщина в профіль – 30 см.). Фігури тіл, від ніг до рук, одяг змодельовані комплектно (тобто вирізані з одного єдиного дерев’яного бруска.)

Фігури тіл тільки-но почали поліруватись, що надало їм світлового відтінку, але обробка багатьох частин скульптур, як, наприклад, бюст Діви, не була закінчена. Це видно наочно.

Діва сидить на стільчику без спинки, трохи задумавшись, на колінах вона тримає між двома руками свою святу дитину.  Дитина худенька, повністю оголена з коротким волоссям. Голова Діви  увінчана трохи важкою короною, поверх волосся що спадає їй на плечі.  Мантія (одяг, плаття) Діви, щільно прилягає  до тіла без складок, закриває все тіло, залишаючи відкритим лише шию. Руки обрамлені широкими рукавами плаття, що спадають аж під тіло дитини. Складки плаття Діви закривають  ноги Діви, залишаючи відкритим лише спереду ліву стопу.

Ця робота свідчить, що вона не є зразком різця першокласного майстра, бо має недоліки: порушена певна легкість і натуральність рухів, крім того є порушення пропорцій, наприклад в зображенні  рук Діви… »[10; 33].

І от незважаючи, на цілком об’єктивне  визнання Луї Жаррі, що ця скульптура Св. Діви не є першокласним витвором скульптурного мистецтва, саме вона дійсно стала об’єктом поклоніння і великого релігійного захоплення віруючих протягом майже восьми століть. Але чому?

На це питання лаконічно відповідає сама історія цього зображення Св. Богородиці Клєрійської.

З’явлення її в Клєрі французькі історики пов’язують з візитом в місто короля Людовика ІХ (1226+1270), або як його ще називають Людовика Святого (Louis IX le Saint) в 1258 року. В історичних документах, появу цієї статуетки Св. Діви з немовлям фіксують з 1280 року [9; 31]. Оскільки мешканці місцевості, вбачали в знайденні цієї статуетки після відвідин святого короля знак від Бога, для зберігання цієї реліквії спочатку була вибудована каплиця, а згодом і невеличка церква Св. Богородиці Клєрійської, або Notre-Dame de Cléry, яка фактично одразу після свого виникнення стає місцем паломництва віруючих. Загальний великий релігійний ентузіазм властивий для Європи часів хрестових походів сильно підкріплявся самою пам’яттю про Людовика Святого, постаті, що завжди користувалася серед французьких католиків надзвичайною шаною.

В 1283 році в документах Орлеанської діоцезіїї вже згадується назва Капелли «Notre-Dame-de-Cléry», а також імена її перших кюре  Hervé і Regnault. В інших документах  1648 року  згадується, що Капелла будувалась і освячувалась одним із цих священиків – Regnault de Champrerdon [11; 35].

Спочатку церква була дерев’яною, в ній несло службу  лишень шість монахів, з 1306 року за протекцією маршала Франції Симона де Мелюна, королем Філіпом IV  (1285+1314) Вродливим були додані кошти Орлеанській діоцезіїї, які передбачали також і  добудови в церкві і збільшення в ній кількості ченців, яких стало з цього періоду вже 10 чоловік.

Новий етап в історії церкви розпочали перші Валуа, так король Філіп VI (1328+1350)  в своїй хартії від 30 січня 1340 року наказує на честь Святої Діви, закласти перший камінь в розбудову церкви в Клєрі, і виділяє на це кошти [12; 47,48]. Саме з цього періоду церква в Клєрі вже будується з каменю.

Завдяки цим терміновим патронажам французьких королів, та сеньйорів феоду Salle-les-Cléry, що включав в себе і місце де була розташована церква, маленька церква поступово зростала і ставала все більш відомою в околицях Орлеану. Вже давно почалася Столітня війна  і банди мародерів нищили і палили міста і села в околицях, але ці пожари, вбивства і пограбування поки що обходили стороною Клєрі. В цьому віруючі вбачали заступництво Клєрійської Богородиці. Обездолені війною люди все частіше здійснювали паломництва до церкви Нотр-Дам де Клєрі.

Але незважаючи на це базиліка, як справедливо зауважує Луї Жаррі,  «…Нотр-Дам де Клєрі ніколи не займала такого високого рангу місця паломництва, який мали, наприклад, Єрусалим, Рим, церкви Сан-Жака де Компостелла, Святого Фоми Кентерберійського, або церква Трьох королів в Кельні» [13; 77]. Вона мала значення місця паломництва місцевого, перш за все для Орлеанського герцогства. Такому її статусу немало сприяли і війна, і поганий стан доріг.

І. Історія базиліки Нотр-Дам де Клєрі після 1421 року

Правдиве значення для Франції вона набуває саме в другий період Столітньої війни.

Ось як це описує Л.Жаррі: «Під час кампанії (мається на увазі військові дії англійців – курсив мій, С.О.Г.) король Англії (Генрі V, що за  статтями договору 1420 року в Труа був визнаний офіційним спадкоємцем короля Франції Шарля VI – курсив мій, С.О.Г.) здійснив піше паломництво  у Нотр-Дам де Шартр, можливо, щоби подякувати Богу за позбавлення від епідемії, що закінчилась у англійських загонах. Цей акт благочестя справив таке велике враження (на оточення англійців – курсив мій, С.О.Г.), що в 1426 „дві жінки з Шартру, діставши перепустки, здійснили прощу у Нотр-Дам де Клєрі”. Треба зрозуміти який подвиг здійснили ці дві жінки, що ризикували своїм звичним добробутом, перенісши всі небезпеки шляху, перетину кордону і т.і. Хіба це не доказ патріотизму?  Адже Нотр-Дам де Шартр вже мав знамениту репутацію, але Шартр був англійським, а Клєрі, ще знаходився на французькій території.

Клєрі французький! Не треба багато говорити, що це значило, це добре було відбито в відомих тоді популярних куплетах:

A ce dauphin si gentil

Aujourd’hui que reste-t-il

De tout son beau royame?

Orléans, Beaugency,

Notre-Dame de Cléry,

Vendôme, Vendi-Vendôme.***»[14; 82,83].

Ось така пісенька тих важких років для Франції, глузлива коли її співали переможці англійці і гірка коли її співали переможені французи.

Саме в цей період, після важкої поразки французьких військ в битві при Верней-Сюр-Овр (Verneuil-sur-Avre) 17 серпня 1424 від англійських військ, майже вся територія Північної Франції опинилась в руках англійців та їх союзників. Вороже коло все щільніше змикалось довкола рештки земель „шляхетного дофіна”. Але як і вірний Шінон, вірне Клєрі продовжувало служити останній надії французів на визволення. Служби і молебни ченців Клєрі неодмінно бажали „довгих  літ і перемог французькому королеві”, під яким розуміли перш за все дофіна Шарля, а не англійського принця Генрі VI. Тому англійська адміністрація на чолі з герцогом Бедфордом нарешті теж звернула увагу на цю церкву.

В  вересні 1428 року, стрімко розвиваючи успіх англійські війська увійшли в долину Луари, місто Клєрі було пограбоване і спалено військами графа Солсбері, але в першу чергу в Клєрі було пограбоване і спалено церкву Нотр-Дам де Клєрі. Таким чином, з точки зору окупаційної адміністрації, непокірний уряд „незаконного претендента” на престол  був позбавлений своєї останньої королівської церкви.

Зараз важко сказати яким чином пограбування, пожар, руйнація 1428 року не торкнулись самої головної реліквії Клєрі – дерев’яної статуетки Св. Богородиці Клєрійської. Можливо, її просто врятували ченці і сховали. Про це нам не вдалось знайти ніяких надійних свідчень.

Але після спалення в 1428 році і аж  до кінця Столітньої війни в 1558  році спалена базиліка Нотр-Дам де Клєрі стала символом французького Опору та Визволення так само як і ім’я Жанни д’Арк.

Символічно те, історичні джерела фіксують факт, що сама Жанна д’Арк, два рази щонайменше побувала в Клєрі, і саме під Клєрі Жанна перший раз у відкритому бою зіткнулась із ворогом.

Перший раз на чолі загону солдатів, що  виїхав з Блуа у напрямку Орлеану, Жанна зіткнулась з загоном англійців 120 солдатів, які йшли з Менгу в Божансі за фуражем. Жанна повела свій загін в наступ і вщент розбила англійців. Це була її перша перемога над ворогом, ще до славнозвісної перемоги під Орлеаном. Цей короткий бій відбувся між Клєрі і Божансі.

Другий раз загін Жанни пройшов повз Клєрі, вже після визволення Орлеану 8 травня 1429 року. Руїни церкви справили гірке враження на Жанну д’Арк, зійшовши з коня вона „з властивою їй набожністю”[15; 85], як пише Л.Жаррі помолилась серед руїн базиліки і заприсяглась не тільки вигнати всіх окупантів з Франції, але і відновити базиліку.

Заповіт Жанни втілив в життя один із її найвірніших капітанів Жан бастард Орлеанський, граф Дюнуа, який продовжив справу Жанни і після сумнозвісного Руанського процесу в 1430-1431.

Один із талановитіших французьких полководців часів Столітньої війни, Дюнуа крок за кроком вибивав англійські гарнізони з території Франції. В 1444 році, на честь перемоги військ якими він командував разом з дофіном Людовиком (майбутнім королем Людовиком XI) під Дьєппом, Дюнуа розпочав реставрацію базиліки Нотр-Дам де Клєрі.

Оскільки він був одним із більш довірених осіб короля Шарля VII, з боку останнього він знаходив максимальне сприяння в ділі відновлення Клєрі, а крім того з 1453 року дістав у права володіння саму сеньйорію Клєрі. З того часу разом з реставраційними роботами Дюнуа будує в церкві і окрему крипту усипальницю для себе і своєї родини. Коли в 1464 році помирає його дружина графиня Дюнуа її ховають в цьому склепі, згодом в 1468 році з почестями в ньому ховають і самого Дюнуа. З документів тих років ми дізнаємося, що в новозбудованій церкві знов з’являється старовина статуетка Богородиці Клєрійської, яка набуває ще більшого визнання у віруючих. Цікаво, що в новій забудові церкви Дюнуа використав одночасно план забудови старовинної церкви Богородиці в Божансі (Eglise Abbatiale Notre-Dame de Beaugency), що знаходилась поблизу його замку в Божансі, поєднавши це з видовженістю вгору і зовнішніми  укріпленнями замків в Божансі  та в Шатодані (Châteaudun). Таким чином, зовні базиліка виглядала могутньою височенною фортецею, як і сам Шатодан, та нова вежа замку в Божансі,  а інтер’єр її фактично повністю повторював інтер’єр церкви у Божансі тільки з видовженими стінами та більш високою стелею. Оскільки всі три забудови будувались Дюнуа майже в один час, коли ще йшла Столітня війна, і незважаючи на перемоги, завжди можна було чекати контрнаступу англійців, тому всі три споруди крім інших функцій відігравали певну стратегічну і фортифікаційну роль. Якщо дивитись на мапу згори, то видно, що замки графа Дюнуа Шатодан і Божансі, а також базиліка Нотр-Дам де Клєрі, якою він опікувався, утворювали своєрідний трикутник, що прикривав Орлеан з Північного заходу – „трикутник Дюнуа”. Якщо замок Шатодан прикривав землі Орлеанського герцогства з самої півночі, що межувала з захопленою англійцями Нормандією, замок Божансі прикривав міст через Луару на заході від Орлеану, а церква в Клєрі, як могутня фортеця височила над стратегічною дорогою, що йшла з Божансі просто до Орлеану.

Після смерті Дюнуа церква майже повністю переходить під опіку французького короля Людовика XI, який навіть викупає права на сеньйорію в Клєрі у сина графа Дюнуа Франсуа в 1472 році. В 1443 році Людовик XI, тоді ще зовсім молодий (йому було лишень 20 років) разом з Дюнуа приймав участь у поході на Дьєпп. Саме там Людовик почув вперше від Дюнуа про Богородицю Клєрійську [5, 253]. З 1472 року король приймає кілька ордонансів про підготовку в базиліці для себе королівської крипти .„caveau royal”. Разом з тим король планує встановити в церкві над своєю могилою пам’ятник. До наших часів  дійшов лишень його ескіз, роботи Dujardin, та його опис, замовлення Людовика XI майстрам, яке король диктує своєму секретарю Жану Бюрре, незадовго перед смертю в 1483 році: Луї Жаррі в своїй праці наводить детальні вказівки короля відносно свого пам’ятника. Ці вказівки цитуються  Л. Жаррі із листування Людовика XI з майстрами, ( зокрема із Jean Fouquet) котрим він замовляв пам’ятник: «…він хотів, щоби він був зображений у вигляді такім, яким він був у молодості, у вигляді мисливця, з обличчям якомога більш приємним. Король повинен був стояти на колінах, з шапкою в руках, орденом Сан-Мішель на шиї, мечем на лівому боці, з мисливським ріжком через плече, відсунутим за спину, в чоботях і з улюбленим псом біля ніг.» [19; 168].

Пам’ятник  повинні були виконати майстри  Жан Фуке и Мішель Коломбе (Jean Fouquet et Michel Colombe).

Цей пам’ятник так і не встигли зробити бо смерть короля в „останній день серпня 1483 року”[4; 478], перервала роботу над ним. Але оскільки він мав бути виконаний із міді з позолотою, легенда про нього завжди збуджувала злодіїв.

В 1562 році під час жорстокої релігійної війни між католиками і гугенотами, війська одного з гугенотських вождів принца Конде захопили Клєрі, у пошуках „золотого пам’ятника”[8; 338] і  уявних багатств королівської могили мародери цинічно пограбували не тільки могилу короля Франції, але й могили багатьох видатних осіб, що були поховані в базиліці, крім короля. Була пограбована могила і славного Дюнуа та його дружини [17; 131]. „Золотий” пам’ятник королю грабіжники так  і не знайшли.

Зате в 1617 році адміністрація короля Людовика XIII замовила скульптору і архітектору Мішелю Бурдану, створити пам’ятник Людовіку XI. За три роки робота була закінчена. І  до наших часів дійшов цей шедевр фунерального скульптурного мистецтва Французької скульптурної школи XVII століття, що нині стоїть в центрі базиліки на згадку про  короля Людовика ХІ, похованого в Клєрі.

Король Людовик ХІ багато зробив, для піднесення статусу базиліки Нотр-Дам де Клєрі. Збираючись зробити її місцем свого упокоїння, він надав їй статус „королівської Капелли”, затверджений папами Павлом ІІ в 1468 році [16;121], а згодом підтверджений папою Сікстом IV (Sixte IV), в 1472 році [18; 141]. Він перетворює це місце в місце традиційних прощ, поступово набуваючи всефранцузського національного значення. Таким чином, активність і особистий вибір короля Людовика ХІ привела до того, що у королівської родини Валуа поряд із Сан-Дені з’явилась ще одна церква, що дістала статус –  «de droit naturel» *  «le cimetière aux rois»**. Після цього в базиліці ховали і інших людей, але всі вони в тій чи іншій мірі були споріднені з королівською родиною. Наприклад в 1491 році в базиліці поховано сина графа Дюнуа, Франсуа де Дюнуа-Лонгвій (François de Dunois-Longueville), одруженого на сестрі дружини короля Аньес Савойській (Agnès de Savoie), в 1505 році біля чоловіка похована і сама герцогиня Agnès de Savoie.[22, 59]. Згодом в базиліці ховали й інших нащадків родини герцогів de Dunois-Longueville, споріднених з королівською родиною. За історичними даними нам вдалось встановити імена осіб, що були поховані в Нотр-Дам де Клєрі за час існування цієї церкви: Жан де Блуа, сеньйор Шаторено і  Мілансей (+3.02.1329), Жан Дюнуа, молодший син графа Дюнуа, Марі д’Аркур (+8.09.1464) дружина графа Дюнуа, Жан бастард Орлеанський, граф Дюнуа (+2.12.1468), Таннеги дю Шатель Tanneguy du Chastel (+29.05. 1477) шамбелан короля, Людовик ХІ (31.08.1483) король Франції, François de Dunois-Longueville (+1491), Agnès de Savoie (+1505), François ІІ de Dunois-Longueville, Louis I de Dunois-Longueville, Clode de Dunois-Longueville, Henri de Dunois-Longueville, Marguerite de Champdivers, après les comtes de Dunois-Longueville, les Villequier, les Joyeuse,  confesseur du roi et chanoine de Cléry , Jean Guéret, de Jargeau, Marie Cournay, les seigneurs de Lа Motte et beaucoup d’autres…», як стверджує Люсьєн Мійє.[21, 49].

Таким, чином, як видно з наведеного нами списку, базиліка Нотр-Дам де Клєрі, дійсно являє собою своєрідний цвинтар, і оскільки серед осіб, що тут поховані є і королівська родина Людовика ХІ, і інші його родичі Валуа за походженням, вона являє собою друге Сан-Дені – офіційний цвинтар королів Франції. Історія Жанни д’Арк, що тісно переплелась з Клєрі, її перший бій, поховання в базиліці її вірного друга, що виконав її заповіт, робить базиліку дійсно одним із видатних  історичних монументів Франції. Це було вже усвідомлено наступними за Людовиком ХІ французькими королями і королевами, які ніколи не залишали Нотр-Дам де Клєрі поза своєї уваги і опіки.

Так, ще в  1523 році Louise de Savoie, мати французького короля François I здійснює прощу в Клєрі. В 1524 році  паломництво до Клєрійської Богородиці здійснює і дружина цього короля Claude de France.  В 1539 році на чолі всього свого блискучого двору церкву відвідує і сам король François I, тут він проводить святкову месу, а в 1544 на знак своєї доброї згадки про базиліку король дарує їй новий дзвін.

Не обійшла своєю увагою Нотр-Дам де Клєрі і Катерина Медичі, яка 23 січня 1576 фундує в базиліці велику месу на згадку і честь свого чоловіка короля Анрі ІІ (+1559). Король Анрі IV виділив триста екю золотом, на реставрацію базиліки, після сумнозвісних подій 1562 року. Як ми вже згадували королівська адміністрація Людовика ХІІІ, провела перші реставраційні роботи зруйнованих могил у церкві,  в тому числі і могили Людовика ХІ, та встановила великий пам’ятник цьому королю, що виконав скульптор і архітектор Мішель Бурдан.

П’ять разів відвідував  церкву і Людовик ХIV, а  в 1660 році він відвідав її в товаристві Марії-Терезії [23; 67 -72].

Відвідували базиліку і давали дотації на її реставрацію і наступні французькі королі.

Навіть в часи французької революції базиліка не була скривджена, настільки був високий авторитет цього міста в очах всього суспільства. Представник революційного комітету з Божанси Юг де Божанси в 1792 році, відвідавши, королівську усипальницю, брав у свідки ченця церкви і склав опис всього що він бачив, щоб підтвердити те „що він нічого не вкрав в королівській усипальниці, і що кістки залишились недоторканими”[24 ; 105].

В ХІХ столітті в Нотр-Дам де Клєрі проводять вже перші спроби наукових археологічних робіт три держаних комісії: в 1818 році, в 1854 році, в 1887 році. Проводиться опис інвентарю і кістяків знайдених в могилах, пишуться наукові праці.

Але попри все старовинна базиліка залишає за собою ще багато таємниць, на які вчені довго ще шукатимуть відповіді, тому робота по вивченню історичної спадщини цієї церкви лишень тільки-но розпочинається.

З 29 серпня 2001 року автор, репрезентуючи Інститут та музей антропологічної реконструкції Львівського Музею Історії Релігій на замовлення церкви і мерії міста Клєрі-Сан-Андре, розпочав антропологічне дослідження по ідентифікації останків короля Франції Людовика ХІ, і створенню по автентичному черепу портрета цієї відомої історичної постаті. Робота триває.

Примітки (переклад з французької автора):

* – природне право

** – королівський цвинтар

*** –   «А це шляхетний дофін

Та нині що лишилось йому

Де все його добре королівство?

Орлеан, Божанси,

Нотр-Дам де Клєрі… »

Бібліографія:

1. Pascal Arnoux. Histoire des Rois de France et des chefs d’Etat (De Clovis à Jacques    Chirac), Rocher, 2001, — Page.32.
2. Pascal Arnoux. Histoire des Rois de France et des chefs d’Etat (De Clovis à Jacques    Chirac), Rocher, 2001, — Page. 72.
3. Pascal Arnoux. Histoire des Rois de France et des chefs d’Etat (De Clovis à Jacques    Chirac), Rocher, 2001, — Page. 76.
4. Philippe de Commynes. Mémoires, Le livre de poche. Brodard&Taupin, Paris, 2001, –  Page. 478.  
5. Robert Garnier. Dunois le bâtard d’Orléans (1403-1468). éditions Fernand Lanore, Paris, 1999,- Page 253. 
6. Ivan Gobry. La paix de Troyes // 1403-1422. Une triste jeunesse/ CHARLES VII. La recoquête de la France. 1403-1461, Talladier-Historia, 2001,  –  Page  32.
7. Ivan Gobry. Le temps des défaites // 1422-1429. Le roi de Bourges/ CHARLES VII. La recoquête de la France. 1403-1461, Talladier-Historia, 2001,  –  Page  40-41.
8. Jacques Heers. Louis XI. Le métier de roi. Perrin, 1999. –  Page.338.
9. Louis Jarry.  De l’invention de la Statue de la Vierge a la construction de l’église // Histoire de Cléry et de  l’église  collégiale et  chapelle royale de Notre-Dame    de Cléry. Orléans, H. Herluison, 1899.-Reédition à 2001. – Page 31.
10. Там само, – Page 33.
11. Там само, – Page 35.
12. Там само, – Page 47-48.
13. Louis Jarry. Du commensement de la guerre de Cent Ans au siège d’Orléans (1332-1428) // Histoire de Cléry et de  l’église  collégiale et  chapelle royale de Notre-Dame    de Cléry. Orléans, H. Herluison, 1899.-Reédition à 2001. – Page 77.
14. Louis Jarry. Du siège d’Orléans. A la fin du règne de Charles VII // Histoire de Cléry et de  l’église  collégiale et  chapelle royale de Notre-Dame    de Cléry. Orléans, H. Herluison, 1899.-Reédition à 2001. – Page 82, 83.
15. Там само. – Page  85.
16. Louis Jarry. Des premieres dons de Louis XI aux obsèques de Dunois (1456-1468)// Histoire de Cléry et de  l’église  collégiale et  chapelle royale de Notre-Dame    de Cléry. Orléans, H. Herluison, 1899.-Reédition à 2001. – Page 121.
17. Там само. – Page  131.
18. Louis Jarry. Suite et fin du règne de Louis XI// Histoire de Cléry et de  l’église  collégiale et  chapelle royale de Notre-Dame    de Cléry. Orléans, H. Herluison, 1899.-Reédition à 2001. – Page 141. Здесь Луи Жарри ссылается на документы:  Copie sur parchemin, par Guillaume Christophe, notaire apostolique du dicése d’Orléans, en 1492. Bibl. nat., manuscript fr., 2905 f? 4 ; autre copie ms.fr., 6978, p.85). La bulle de Sixte IV est imprimée à la p.352 de l’Histoire du Roy Charles VIII, par D.Godefroy, Paris, in-fol., 1684.
19. Louis Jarry. Suite et fin du règne de Louis XI// Histoire de Cléry et de  l’église  collégiale et chapelle  royale de Notre-Dame    de Cléry. Orléans, H. Herluison, 1899.-   Reédition à 2001. – Page 168. Ces pièces sont i la Bibl. nat. ms. fr. 20,493, fos  2, 4, S (ancien 378 de Gaignières). Publiées par M^lle  Dupont, dans son édition des Mémoires di Commynes pour la Société de l’Histoire de France (t.III, pp. 339-344), reproduites dans le Magasin Pittoresque (1845, pp.363-364), elles ont encore été analysées dans les Archives de l’art français  (t. I. p. 96).
20. Père Midy, Сuré de la cathédrale – Basilique de Saint-Denis et sous la direction de Michel Auzolle. L’église abbatiale de Saint-Denis (Tome II). Les tombeaux royax, 1990- Page 3.
21. Lucien Millet. Les fondations// Notre –Dame de Cléry, 1993 –  Page 49.
22. Lucien Millet. Obsèques de Louis XI// Notre –Dame de Cléry, 1993- Page 59.
23. Lucien Millet. Catherine de Médicis// Notre –Dame de Cléry, 1993, Page – 67-72.
24. Lucien Millet. Le tombeau est ouvert en 1792//  Notre –Dame de Cléry, 1993, Page – 105.
25. Rois et  reines de France. Préface Jean Raspail.  Texte Elisabeth  Kirchhoff ;  Molière,  1996,- Page  29.

Сообщение La basilique Notre-Dame de Cléry comme l’une des églises royales en France (un bref aperçu historique) появились сначала на SAGOR.

Les crânes du caveau royal de Notre-Dame de Cléry : Louis XI (1 re partie)

Article original en russe
© Dr. Sergueї A. Gorbenko.
(de l’Institut et du Musée de l’Anthropologie ( Lviv, Ukraine )

Краниологическое исследование черепов из саркофага короля Франции  Людовика ХІ (1461 +1483), в усыпальнице (склепе) базилики Нотр-Дам де Клери, в городе Клери-Сан-Андрэ, департамент Луаре, Франция

Первоначальной целью настоящего исследования было изучение черепов  и создание документальных скульптурных портретов по черепу королевской четы: Людовика ХІ и его жены королевы  Шарлотты Савойской, погребенных в базилике Нотр-Дам де Клери, города Клери-Сан-Андрэ, департамента Луаре во Франции.

В целом работа выполняется как этап исследовательской программы Института и Музея антропологической реконструкции «Галерея портретов исторических лиц Средневековья» и программы «Галерея портретов рыцарей Средневековья»,  предложенных автором настоящего исследования.

Погребение короля Людовика ХІ в Клери-Сан-Андрэ, относиться к редким историческим памятникам, имеющим не только национальное, но и международное значение, т.к. большинство могил и действительных останков королей Франции не сохранились в целости в актуальное время: останки перемешаны, могилы разрушены, разграблены и уничтожены вследствие войн и революций.

Исходя их этого, перед исследованием стояли изначально две задачи: не только изучить черепа и создать по ним два портрета реконструкции по черепу, но и изучить морфологические и антропологические особенности данных черепов, описать их детально  с тем, чтобы впоследствии материалы краниологического изучения  могли использоваться  нашими коллегами  в работе с другими черепами династии Валуа,  если возникнет такая необходимость.

Состояние черепов Людовика ХІ  и Шарлотты Савойской, выставленных в саркофаге Людовика  в базилике Нотр-Дам де Клери на момент изучения

28 августа 2001 года

На момент настоящего исследования в королевской усыпальнице, находящейся непосредственно справа от памятника работы Мишеля Бурдана 1617 – 1622 года (рис.1.), в центре базилики (см. схему, приведенную в работе  Л. Жарри) в специально подготовленном окошке в новой крышке большого саркофага  для взрослого человека (старая крышка саркофага не сохранилась) выставлены два черепа, которые и были представлены автору настоящего исследования  28 августа 2001 года как черепа короля Людовика ХІ и его супруги королевы Шарлотты Савойской.

Поскольку, оба черепа не сохранились полностью, а выставлялись совместно с костными фрагментами от черепа и др. костей скелета, для удобства описания изучаемых черепов и костей мы назовем их комплексами по имени персон, которых они представляли, а именно: комплекс Людовика ХІ и комплекс Шарлотты Савойской. Комплекс Людовика ХІ находился справа, а комплекс Шарлотты Савойской слева от него при прямом взгляде на саркофаг, если посетитель стоит лицом к скульптуре Св. Богородицы Клери и алтарю, и одновременно, лицом к саркофагу (рис.2, 3).

Перед производством слепков черепов короля и королевы для муляжей все кости из обеих черепных комплексов и найденные в большом саркофаге 4 зеленые кости были нами сфотографированы и описаны (рис.4, 5).

Между останками голов двух человек, располагался второй шейный позвонок с аккуратной надписью  на верхней суставной поверхности “ Tannequy du Châstel“.

Почтовая открытка из Клери-Сан-Андрэ (см. рис.3) достаточно точно отражает расположение комплексов на момент исследования.

Ниже мы приводим

Подробное описание костей из обеих черепных комплексов имитирующих черепа короля Людовика XI  и королевы Шарлотты Савойской:

Комплекс костей от «черепа короля Людовика ХІ»:

1.Крышка мозгового черепа  отпиленная в горизонтальной плоскости (рис. 6.,7).

2. Верхняя челюсть представляет переднюю часть тела верхней челюсти доходящую только до нижней границы грушевидной вырезки и альвеолярный отросток, комплексно представляющий альвеолярную дугу с единственным сохранившимся зубом (первый премоляр справа) и небным отростком (рис. 6). При жизни были удалены второй премоляр и первый моляр справа.

3. Нижняя челюсть хорошо сохранившаяся (отсутствует только венечный отросток ветви челюсти слева), альвеолярные лунки хорошо выражены. И хотя не сохранилось ни одного зуба, по глубине и выраженности альвеолярных лунок можно судить, что при жизни у данного индивида сохранились большинство зубов, удалены при жизни только первый моляр справа и первый, и второй моляр слева. Нижняя челюсть по форме альвеолярного отростка и диаметру альвеолярных ямок идеально подходит к верхней челюсти, что свидетельствует о том, что обе челюсти принадлежат одному человеку. (рис.8).

Комплекс костей от «черепа  королевы Шарлотты Савойской»:

1. Распиленный череп без крышки достаточно хорошей сохранности, разрушены только верхушки сосцевидных отростков, отсутствуют дистальные части обеих носовых костей, носовые раковины и  перегородка носа и немного орбитальные пластинки тела верхней челюсти. На альвеолярной дуге верхней челюсти сохранился черный, сильно сгнивший, почти до уровня коронки единственный зуб – 5-ый, второй премоляр слева, на альвеолярной дуге прекрасно сохранены альвеолярные лунки, справа для девяти зубов, слева для семи зубов, кроме второго премоляра. Таким образом, на момент смерти у данного индивида на верхней челюсти сохранились все зубы (рис.9,10.).

2. Нижняя челюсть более темного цвета, чем остальной череп  с заметным зеленым оттенком в нижней части тела и  на ветвях. Хотя в альвеолах челюсти нет зубов, по хорошей сохранности альвеолярных ямок можно судить, что при жизни сохранилось большинство зубов, удалены при жизни только 4,6,7 зубы справа и 5-й зуб слева. Нижняя челюсть состоит из трех фрагментов, левая ветвь отломана в области альвеолярной лунки 6 зуба, Отломанный фрагмент в свою очередь состоит из двух фрагментов. Один из них приклеен к основному фрагменту челюсти. Очевидно, кто-то пытался ее реставрировать.

3. Первый и второй шейные позвонки по суставным поверхностям хорошо подходящие друг к другу. Первый шейный позвонок идеально подходит к мыщелкам затылочной кости черепа.

Прежде всего, нужно было оценить возможность изготовления пластической реконструкции по обеим представленным черепам, описать их, установить пол и возраст и снять их слепки  для изготовления муляжей.

Таблица 1.

Краниометрические показатели комплексов черепов Людовика ХІ и Шарлотты Савойской  (мм).

Определение возраста особ из черепных комплексов Людовика ХІ и Шарлотты Савойской :

После краниометрического исследования и описания черепных комплексов. Нами было произведено исследование черепных швов на крышке черепа комплекса Людовика ХІ и двух зубов на обеих верхних челюстях и от черепа комплекса Шарлотты Савойской и от черепного комплекса Людовика ХІ.  Черепные швы изучались по методикам: Симпсона, Оливье [1], и методике применяемой в отечественной криминалистике, описанной у Г.В. Лебединской [3].

Возраст индивида, которому принадлежала крышка черепа, был между 60 и 70 годами. Т.к. король Людовик ХІ умер в 1483 году на 61-м году жизни, теоретически можно было допускать, что изучаемая крышка черепа принадлежала его черепу. В то же время человеку, которому принадлежал череп из комплекса Шарлотты Савойской, могло быть от 50-ти до 60-ти лет включительно, тогда как возраст королевы был 38 лет на момент смерти в 1483 году. Следовательно по возрасту, череп не мог принадлежать Шарлотте Савойской.

Для диагностики возраста изучаемых персонажей, мы также изучили состояние единственных сохранившихся зубов от верхней челюсти черепа из комплекса Шарлотты Савойской и верхней челюсти от комплекса Людовика ХІ. Возраст по состоянию зубов верхней челюсти определялся по методике М.М.Герасимова [2] и Ловджей, модификация Новотного, Ишкана и  Сузана [4,9].

На верхней челюсти комплекса Шарлоты Савойской изучался 5-й зуб (второй премоляр) слева. На верхней челюсти от комплекса Людовика ХІ изучался 4-й  зуб (первый премоляр) справа.

Таблица 4.

Степень изношенности зубов верхней челюсти по М.М.Герасимову:

Комплекс Людовика ХІ:  4-й  зуб (первый премоляр) справа – 3-4 балла – возраст 45-50 лет.

Комплекс Шарлоты Савойской:  5-й зуб (второй премоляр) слева — 5 баллов — возраст 60-70 лет.

Как видно из таблиц состояние зубов не соответствует календарному возрасту ни Людовика ХІ, ни Шарлотты Савойской.

Таким образом, возраст человека, чей череп был нам представлен как череп Шарлотты Савойской и по состоянию зарощенности черепных швов и по степени стертости зубов был от 50 до 60 лет. И уже только по возрасту этот череп не мог быть черепом королевы Шарлотты Савойской.

Человеку, крышка черепа, которого была нам представлена, как крышка черепа короля Людовика ХІ, было от 60 до 70 лет, в тоже время состояние стертости зуба соответствует возрасту максимум 55 лет. Неожиданное открытие дало и исследование половой принадлежности обеих черепных комплексов.

Определение пола особ из черепных комплексов Людовика ХІ и Шарлотты Савойской.

Изучение половой принадлежности производилось нами по общепризнанной морфологической методике, используемой в криминалистике, описанной  В.П. Пашковой [5], и антропологической методике описанной в отечественной антропологической школе В.П.Алексеев, Г.Ф. Дебец [1], М.М.Герасимов [2], Г.В. Лебединская [3]. Школа М.М.Герасимова-Г.В.Лебединской успешно применяет указанные выше методики диагностики, их же придерживается и автор настоящей публикации.

Одной из отличительных характеристик мужского пола, которая визуально хорошо регистрируется при изучении черепа, есть направление восходящих ветвей на нижней челюсти. Направление ветвей нижней челюсти на мужских черепах более вертикальное (прямое), на женских черепах – более горизонтальное (наклонное). Вследствие этого нижнечелюстной угол у мужчин меньше, (ближе к прямому), у женщин больше (ближе к тупому).[5]. М.М.Герасимов отмечает только одно серьезное исключение из этого правила, указывая, что тупой нижнечелюстной угол встречается и у мужчин, но только у преклонных стариков, потерявших при жизни многие зубы на нижней челюсти, в силу альвеолярной редукции и возрастной деформации формы нижней челюсти [2]. Как видно из нашего описания выше особы, чьи черепа представлены в саркофаге Людовика ХІ, не имели выраженной альвеолярной редукции, и  состояние зубной системы только одного черепа – из комплекса Шарлотты Савойской соответствует преклонному возрасту, состояние же зубной системы из комплекса Людовика ХІ, соответствует среднему возрасту.

При постановки челюстей в профиль, как это хорошо видно из рис., видно, что челюсть с зеленым оттенком из комплекса Шарлотты Савойской имеет угол близкий к прямому (рис.10), что характерно для мужских черепов, а нижнечелюстной угол из комплекса Людовика ХІ, близкий к тупому (рис.8), что характерно для женских черепов.

Кроме того, для черепов женщин  характерен верхний альвеолярный прогнатизм, что отчетливо бросается в глаза, при рассмотрении в профиль верхней челюсти из комплекса Людовика ХІ и отсутствует на верхней челюсти из комплекса Шарлоты Савойской. Таким образом, становиться очевидным, что верхняя и нижняя челюсти из комплекса Людовика ХІ, не могут ему принадлежать, так как они принадлежат женщине, а череп, считающийся черепом Шарлотты Савойской, не принадлежит последней, т.к. формы углов нижней челюсти и ортогнатность верхней челюсти характерны для мужчин. Интересно также то, что по абсолютным размерам, что хорошо было заметно и визуально еще в витрине экспозиции, нижняя челюсть женщины, выставленная в комплексе Людовика ХІ, заметно больше нижней челюсти мужчины из комплекса Шарлотты Савойской. Эта же большая массивность отражается и в краниометрических измерениях (см. табл.1.2).

Ниже мы приводим результаты диагностики половой принадлежности по сравнительному анализу краниометрических показателей.

Таблица 6.

Идентификация пола по краниометрическим показателям комплексов черепов Людовика ХІ и Шарлотты Савойской   (мм). Сравнение с диагностическими размерами черепов (практически достоверными показателями) при установлении половой принадлежности (в  мм) по В.И.Пашковой, 1963[5].

Заключение: как видно из приведенной таблицы, подавляющее большинство краниометрических показателей черепа из комплекса Шарлотты Савойской занимают среднее место между мужскими и женскими краниометрическими величинами, однако, длина основания черепа и средняя ширина лица относятся к большим мужским величинам этих показателей. Если же предположить, что данный череп все же принадлежит женщине, придется допустить, что у нее было крупное, мужеподобное лицо с длинным и широким носом, который создавал бы явную диспропорцию лица этой женщины.

Ни один из показателей нижней челюсти комплекса Шарлотты Савойской не дал характерную половую характеристику. Их величины расположены посередине между достоверно мужскими и женскими величинами), автор, считает, что данный череп принадлежал  скорее мужчине со средними пропорциями лица и головы, причем и в случае мужского лица, нос, не будучи очень большим, по абсолютным величинам, все же выделялся в силу средних величин средней части лица. Таблица, где краниометрические параметры обеих черепных комплексов сравниваются с абсолютными величинами, приведенными в работе Г.В. Лебединской свидетельствует о принадлежности крупной нижней челюсти из комплекса Людовика  ХІ к женскому черепу, т.к. величины мыщелковой ширины, на женских черепах обычно крупнее, чем на мужских, что совпадает с женской формой этой же челюсти. Из других половых признаков на обеих комплексах черепов следует отметить рельефность верхней челюсти черепа из комплекса Шарлотты Савойской, выраженную асимметрию клыковых ямок, большую заметную глубину левой клыковой ямки, неровность и шероховатость скуловых костей. Все это – признаки мужского пола.

Кроме этого, при выставлении черепа и нижней челюсти от комплекса Шарлотты Савойской в профиль в глаза бросается явное несоответствие альвеолярных дуг (см. рис. 10). Альвеолярная дуга нижней челюсти очень заметно выступает вперед, как бывает при прогеничном (ступенчатом) прикусе [2,4]. При этом следует отметить, что головки ветвей нижней челюсти (зеленого цвета) по форме суставных поверхностей хорошо подходят к нижнечелюстным ямкам (fossa mandibularis) черепа. Найденные нами в саркофаге Людовика  ХІ две скуловые кости зеленого цвета имеют  тоже явно выраженную неровность и шероховатость поверхности, что характерно для мужских черепов. Это соображение не дало нам возможности отнести указанные фрагменты, как и фрагменты височной кости зеленого цвета к недостающим частям лицевого черепа от комплекса Людовика  ХІ. Вместе с тем, это несоответствие и по цвету и по полу, заставляет предположить о существовании третьей особы мужского пола, которой могут принадлежать указанные кости.

Установленные факты:

1) исторические источники дают свидетельства, что король Людовик  ХІ, действительно готовил Нотр-Дам де Клери, как возможное место своего погребения – «королевскую капеллу».

2) точная информация о похоронах короля в базилике Нотр-Дам де Клери 6 сентября 1483 года отсутствует, нет описания, нет указания места нахождения могилы.

3) в исторических источниках сохранились подробные данные о смерти и обряде отпевания королевы Шарлотты Савойской, однако  документальных свидетельств с указанием места захоронения ее 14 декабря 1483 года именно в базилике Нотр-Дам-де Клери не приводит ни Филипп де Коммин [6], ни современные специалисты, хорошо изучившие историю Франции, эпохи короля Людовика  ХІ и его личную биографию [7,8].

4) в королевской усыпальнице, находящейся практически в центре базилике, непосредственно слева от памятника работы Мишеля Бурдана 1617 года-1622 года находиться два саркофага – маленький для ребенка и саркофаг для одного взрослого. Крышка на саркофаге взрослого более поздней работы, чем сам саркофаг, таким образом настоящая крышка возможно с надгробием отсутствует.

5) в саркофаге, рассчитанном на одного взрослого, находятся останки скелетов двух человек – мужчины и женщины.

6) среди костей  2 скелетов в саркофаге взрослого находились 4 фрагмента черепа зеленого цвета.

Выводы:

1) череп, считающийся принадлежащим Шарлотте Савойской, без крышки, принадлежит мужчине в возрасте от 50 до 60 лет;

2) верхняя и нижняя челюсть, считающимися принадлежащими Людовику  ХІ, принадлежат женщине с крупной нижней частью лица и выступающим вперед подбородком с хорошо сохранившимися на момент смерти зубами, единственный зуб с хорошей белой эмалью можно приблизительно датировать по степени стертости на 45-50 лет.

3) крышка черепа, считающаяся крышкой черепа Людовика  ХІ, принадлежит мужчине в возрасте от 60 до 70 лет.

4) две скуловые кости и два фрагмента зеленого цвета, обнаруженные нами в саркофаге короля принадлежат еще одному мужчине, части черепа которого контактировали с челюстью зеленого цвета, представленной на витрине как челюсть Шарлотты Савойской.

5) нижняя челюсть зеленого цвета и череп, представляющий королеву Шарлотту Савойскую принадлежат двум особам мужского пола.

6) нижняя челюсть и остальные кости зеленого цвета могли длительное время находиться между собой в контакте или в контакте с материалом одинаковой химической природы.

7) таким образом, в саркофаге взрослого в королевской усыпальнице базилики Нотр-Дам де Клери находятся останки как минимум четырех взрослых особ: мужчины – 1) череп, считавшийся черепом Шарлотты Савойской, возраст от 50 до 60 лет, 2)скуловые кости зеленого цвета, 3)нижняя челюсть от комплекса Шарлотты зеленого цвета; женщина – верхняя и нижняя челюсти от комплекса Людовика  ХІ. 4)Крышка черепа принадлежит человеку в возрасте от 60 до 70 лет, пол по крышке на описываемый момент исследования установлен не был.5) второй шейный позвонок подписанный как Танги  дю Шатель.

8) Если один из мужских черепов мог бы быть черепом Людовика ХІ, то останки женского черепа никак не могли быть останками черепа Шарлотты Савойской, т.к. последняя умерла в возрасте 38 лет, а челюсти женщины, находящиеся в саркофаге свидетельствуют о возрасте 45-50 лет.

9) Факт нахождения двух скелетов взрослых персон, королевской крови в одном саркофаге, предназначенном для одного человека, мы считаем неестественным вариантом погребения для короля Людовика ХІ и его супруги Шарлотты Савойской, т.к. дофин Карл VIII, располагал возможностями и временем для приготовления для своей матери отдельного саркофага, в случае необходимости.

Интерпретация полученной информации:

Поскольку нами был обнаружен факт несоответствия черепных комплексов для обеих особ по черепам, которых предстояло изготовить пластические реконструкции, перед нами возникла проблема идентификации останков. Предстояло ответить на несколько вопросов:

1) во-первых, разобраться, чьи черепа или  останки черепов выставлены в витрине саркофага короля Людовика ХІ?

2) есть ли среди выставленных и изученных нами черепов действительно череп короля Людовика ХІ?

3) если, среди выставленных черепов нет черепа королевы Шарлотты, где находятся останки королевы – и может ли быть женский скелет лежащий в саркофаге рядом с мужским скелетом королевы?

4) почему в достаточно большой королевской усыпальнице, где достаточно места для установления двух саркофагов для двух взрослых находиться всего один саркофаг для взрослого и один саркофаг для ребенка?

5) чей ребенок был похоронен в детском саркофаге, кто он, и почему оказался саркофаг в королевской усыпальнице, тогда как известно, что дети Людовика и Шарлотты: Иероним и Франсуа были похоронены задолго до смерти родителей и умерли они в младенческом возрасте, т.е. не нуждались в саркофаге подобного размера?

6)скелеты каких особ находятся во взрослом саркофаге в королевской усыпальнице, и если это действительно скелет короля Людовика и его супруги Шарлотты Савойской. Почему они находятся вместе в одном саркофаге, где тогда саркофаг королевы, и где ее череп?

Однако, для того, что бы ответить на этот вопрос окончательно, разобраться, какой же из черепов является действительно черепом короля, необходимо было провести идентификационное исследование и изучить все кости находящиеся в королевской усыпальнице,  разобраться каким образом туда попали останки других лиц.  Все найденные кости, открытые новые факты предоставлялись комиссии мэрии и церкви (рис.11). По факту, каждой находки составлялись описания, которые протоколировались, все находки фотографировались, иногда снимались на кинопленку, изучались, с наиболее интересных находок снимались формы для производства муляжей. Работа по идентификация останков короля Людовика ХІ и Шарлотты Савойской производилась  в течении сентября 2001 года по март 2002 года. Настоящая статья открывает серию публикаций посвященной этой работе и впервые предоставляет научной общественности и широкой публике полученные факты и результаты.

Библиография:

1.В.П. Алексеев, Г.Ф. Дебец. Краниометрия. Методика антропологических исследований.- Москва: Наука, 1964.- 128с.

2. М.М. Герасимов. Восстановление лица по черепу (современный и ископаемый человек).//Труды Института этнографии АН СССР. Нов. серия, том XXVIII. Москва, 1955- С.121.

3.. Г.В. Лебединская. Реконструкция лица по черепу (Методическое руководство). – Москва: Старый сад, 1998.- 124 с.

4. Г.В. Лебединская. Реконструкция лица по черепу (Методическое руководство). – Москва: Старый сад, 1998.- 22 с.

5. В.И.Пашкова. Очерки судебно-медицинской остеологии. Определение пола, возраста и роста по костям скелета человека.- Москва: Медгиз, 1963.- 155 с.

6.Philippe de Commynes. Mémoires, Le livre de poche. Brodard&Taupin, Paris, 2001, – Page.478.

7. Louis Jarry. Histoire de Cléry et de  l’église  collégiale et chapelle royale de Notre-Dame de Cléry. Orléans, H. Herluison, 1899., – Page  430. Reédition à 2001.

8.Jacques Heers. Louis XI. Le métier de roi. Perrin, 1999. – Page339-340.: A.N. K.K.69,      comptes de l’Hôtel de Charlotte de Savoie, fol. 71 v°.Ibid.,f°s  29v°,166v°,123, 134 à 147,150.

9. Novotny V., Iscan  M.Y., Loth S.R. Morphologic and Osteometric Assessment of Age, Sex, and Race from the skull. Forensic Analysis of the skull. Craniofacial analysis, Reconsrtruction, and Identification.71-88. Wiley-Liss. New-York.1993.

Сообщение Etude craniologique des crânes du sarcophage du roi Louis XI de France (1461 +1483) Article 1 появились сначала на SAGOR.

© Serguei A. Gorbenko

Сообщение Identification du crâne de Louis XI, roi de France, et de son épouse, Charlotte de Savoie (2me partie) появились сначала на SAGOR.

© Serguei A. Gorbenko

Institut et musée de la reconstruction anthropologique,
Musée d’histoire de la religion. Lviv. Ukraine.

Сообщение Etude du contenu des sarcophages du tombeau (crypte) royal de la Basilique Notre-Dame de Cléry Article 3 появились сначала на SAGOR.

© Юрий КИРИЛЛОВ

Жанна Д’Арк – внебрачная дочь короля

Львов. 17.02.12/ В мире/Трибуна.// http://www.tribuna.ru/news/world/tayna_orleanskoy_devy/

Когда английский король Генрих V заявил о своих притязаниях на французский престол и вторгся на север страны, то для поднятия духа у защитников родины был создан патриотический миф.

Аристократические круги внушили людям, что избранная Богом безвестная девушка из Восточной Франции обладает даром провидения и именно ей суждено спасти страну.

Нареченная ими Жанной д’Арк, она в 17 лет возглавила осаду Орлеана и после освобождения города от англичан в 1429 году стала именоваться Орлеанской девой. Под ее руководством армия одержала немало побед, и народная героиня затмила своей славой мечтавшего о престоле Карла VII. Но и сама из-за этого стала неугодной знати.

Как известно, Жанна д’Арк была схвачена предателями-бургундцами, продавшими ее англичанам. Те объявили ее ведьмой, обвинили в ереси и после суда 30 мая 1431 года сожгли на костре.

Однако украинский ученый, получив поддержку французских коллег, в результате долгих поисков, всестороннего анализа архивных сведений пришел к выводу, что истинная Орлеанская дева оказала на церковных судей такое сильное впечатление, что ее оставили в живых. Вместо нее на костер была отправлена другая женщина, обвиненная в колдовстве. По передававшимся из поколения в поколение свидетельствам очевидцев, ее лица перед казнью никто не видел.

По мнению Горбенко, по крупицам собравшего множество подтверждающих документов, Маргарита де Валуа, она же Жанна д’Арк, провела всю оставшуюся жизнь в тюрьме. Несколько людей, знавших правду о ее происхождении и выдающейся роли в национально-освободительной борьбе, похоронили женщину в фамильной усыпальнице Валуа – базилике Нотр-Дам де Клери в Орлеане.

Скрупулезно исследовав останки, хирург-ортопед Сергей Горбенко привел доказательства, что она была чрезвычайно развита физически, часто ездила верхом, носила металлические доспехи.

Из истории мы знаем, что в 1456 году Жанна д’Арк была торжественно реабилитирована на судебном процессе, а в 1920 году католическая церковь причислила ее к лику святых. Так, может, не столь уж важно, если это всего лишь псевдоним Маргариты де Валуа? Ведь величие национальной героини Франции и значение ее подвигов непоколебимы.

Сообщение Jeanne d’Arc – fille illégitime du roi появились сначала на SAGOR.

© Александр ЮРЬЕВ

Жанна д’Арк: простая крестьянка или внебрачная дочь короля

10:00 10/05/2009 www.ria.ru

10 мая во Франции отмечается день памяти Жанны д’Арк. По количеству легенд и слухов, связанных с ее именем, ей нет равных в истории Франции. Простая крестьянка, святая, внебрачная дочь короля Карла VI… О том, кем была на самом деле национальная героиня Франции, не знают даже сами французы.

Согласно канонической версии биографии, Жанна д’Арк родилась в деревушки Домреми, что в Лотарингии, в семье землепашца примерно в 1412 году, пишет “Вокруг света”. Шла Столетняя война: французы уже успели потерять большую часть территории королевства и продолжали уступать англичанам.

В 1420 году был заключен мирный договор в Труа, и французский трон достался английскому королю Генриху V. Однако через два года он умер, и борьба за трон между французами и англичанами возобновилась.

Между тем у 13-летней Жанны начались “видения” – святые призывали ее спасать Францию. Их слова напоминали известное в стране пророчество, согласно которому Францию погубила одна женщина, а спасет другая, причем девственница.

Уверовав в свое предназначение, дочь пахаря в 17 лет уходит из дома, и вскоре находит в Шиноне молодого короля Карла VII. Жанне удается убедить его в том, что она приведет французские войска к победе, и король не отказал ей в поддержке.

Получив отряд рыцарей, Жанна д’Арк одерживает победу за победой. Одна из таких побед – в Орлеане – привела к тому, что Жанну начали называть Орлеанской девой.

В мае 1430 года воительница попала в плен к бургундцам, которые, в свою очередь, передали ее англичанам. Суд в Руане обвинил Орлеанскую деву в ереси и колдовстве. Затем последовали допросы и смерть на костре в 1431 году.

Спустя почти пятьсот лет (в 1920 году) Жанну д’Арк признали святой. Ей стали посвящать художественные произведения, появились исследователи жизни Орлеанской девы. Однако чем больше написано было о Жанне, тем больше споров вызывала ее судьба.

Согласно одной из альтернативных версий биографии Жанны д’Aрк, девушка не была сожжена на костре и дожила до 57 лет.

К такому выводу украинского ученого Сергея Горбенко подтолкнули сомнения относительно способности 16-летней крестьянки носить рыцарские доспехи. Сохранившиеся письма д’Арк также свидетельствуют в пользу этой версии, так как по ним видно, что Жанна обладала глубокими и обширными знаниями – и, прежде всего, видно, что она не могла быть безграмотной крестьянкой из Лотарингии.

Чтобы проверить свои догадки, украинский антрополог исследовал черепа семьи французского короля Людовика XI в базилике храма Нотр Дам де Клери вблизи Орлеана. Исследователь совершил неожиданное открытие: череп, считавшийся черепом короля, был женским. А черепом короля оказался другой, ранее считавшийся черепом его жены Шарлотты Савойской.

После изучения других останков, переписки членов королевской семьи, гравюр и хроник Горбенко заключил, что “женщина, чей череп почти 100 лет считали черепом короля Людовика XI, 600 лет тому назад была известна как Орлеанская дева – Жанна д’Арк”.

По его мнению, настоящей Жанной д’Арк была Маргарита де Шампдивер, внебрачная дочь короля Карла VI и его последней любовницы Одетты де Шампдмвер. Карл воспитал свою дочь как воина, поскольку два его сына в борьбе за трон были уничтожены сторонниками герцога Луи Орлеанского.

Чтобы отомстить герцогу, король Карл VI признал наследником своего зятя – английского короля Генриха V Ланкастера. Большинство французов признали законность такого указа короля и практически не оказывали сопротивления англичанам.

Для получения трона Карл VII не имел законных оснований, поэтому в борьбе за власть он и его сторонники использовали идеологию Божьего вмешательства и его покровительства.

Так в измученной войной Франции родился миф о непорочной деве, которая спасет страну. Эту роль, по мнению украинского ученого, сыграла Маргарита де Шампдивер.

После достигнутых побед образ Жанны д’Арк и Маргарите, и Карлу VII начал мешать – постоянное верховенство женщины над войском становилось опасным, а Маргарита хотела создать семью. Поэтому был разработан сценарий, согласно которому д’Арк должна была исчезнуть. Однако вместо де Шампдивер в плен к англичанам попала и была сожжена на костре совсем другая женщина.

В пользу того, что Орлеанская дева была похоронена, а не сожжена, говорят несколько фактов. В частности, во время сожжения женщины 30 мая 1431 года, исполнявшей роль д’Арк, ее лицо было закрыто. Также существует надмогильная плита, на которой четко видно герб Орлеанской девы.

Материал подготовлен интернет-редакцией www.rian.ru на основе информации РИА Новости и открытых источников

Сообщение Jeanne d’Arc: simple paysanne ou fille illégitime d’un roi появились сначала на SAGOR.

Et si l’Histoire de Jeanne d’Arc avait été falsifiée?

La Depeche
http://www.ladepeche.fr/ Publié le 09/09/2007 07:55 – Modifié le 04/10/2007 à 15:59 | Philippe Brassart

«L’affaire Jeanne d’Arc». C’est le titre du livre signé Marcel Gay, journaliste, et Roger Senzig, ancien membre des services secrets de la France libre. Marcel Gay nous a raconté «sa» version des faits.

« Nous sommes au XV e siècle. La Guerre de Cent ans est marquée par un événement majeur, le Traité de Troyes, qui contient plusieurs clauses : le dauphin Charles est écarté du trône ; Catherine, fille de Charles VI et d’Isabeau de Bavière, est donnée en mariage à Henri V d’Angleterre ; l’enfant à naître sera à la fois roi de France et roi d’Angleterre. Deux ans après, en 1422, les deux rois meurent à quelques mois d’intervalle, le traité devient applicable, le royaume de France revient au petit roi d’Angleterre, Henri VI. Charles VII, chassé de Paris, s’autoproclame souverain. On a donc deux rois de droit divin qui se disputent le même royaume. Qui peut dire le droit à cette époque ? Dieu. Et voilà Jeanne, une gamine, qui, à treize ans, entend des « voix». Celle de Saint-Michel, qui a « des cheveux», selon Jeanne elle-même. Celles de Marguerite d’Alexandrie et de Catherine d’Antioche, deux saintes qui ont « parlé français» à la Pucelle, mais qui n’ont jamais existé ; elles ont d’ailleurs été retirées du martyrologue officiel par Jean XXIII ! Première incohérence.

Ces « voix», bien réelles, étaient-elles celles d’Agnès de Vaudémont, de Jehanne de Joinville, de Colette de Corbie ? Jeanne a peut-être – un témoignage datant de 1456 en fait état – rencontré ces gentes dames près de Domrémy, à l’Hermitage de Notre-Dame de Bermont. Colette de Corbie était une animatrice du mouvement franciscain, favorable aux Armagnacs, et en contact régulier avec Yolande d’Anjou, belle-mère du roi.

«Une opération de services secrets»

Cette Yolande, une femme très intelligente, a conçu une opération de services secrets. Aux bombardes et aux arcs des Anglais, elle va opposer l’arme psychologique : Jeanne. Et ce « miracle» va marcher parce que nous sommes alors dans un monde irrationnel.

Que nous apprend-on encore aujourd’hui à l’école ? Que lit-on dans nos dictionnaires ? Que Jeanne d’Arc, bergère, née à Domrémy dans le Barrois, quitte sa campagne pour aller bouter les Anglais hors de France. Ses exploits guerriers sont réels. Mais elle n’a jamais été bergère – à deux reprises, elle dira : « Je n’ai jamais gardé des moutons» – ni non plus porté le nom de d’Arc, et Jacques son « père» n’était pas un simple laboureur, il a même habité un château. Autres questions : comment Jeanne a-t-elle appris à monter à cheval, des destriers fougueux, pas des bourriques fatiguées ? Comment peut-elle entrer à la cour du dauphin Charles en respectant ses usages compliqués, et se battre comme un homme pendant des années ? Comment, lors de ses procès, une jeune illettrée parlant patois peut-elle s’exprimer subitement en bon français et rédiger d’élégantes missives ?

«Morte à Rouen ? Non !»

Morte à Rouen, brûlée vive, la Pucelle ? Non ! Sur la place du Vieux-Marché, ce jour-là, il y a 800 soldats anglais. Les religieux français sont partis, ne voulant pas assister au spectacle. Un chroniqueur de l’époque nous dit : elle avait le visage « embronché», caché donc. Qui a été brûlé à sa place ? Une inconnue.

Jeanne était en réalité princesse, elle s’appelait Jeanne d’Orléans, elle était la fille d’Isabeau de Bavière et de Louis d’Orléans son amant – elle était de ce fait la sœur du roi de France, et de la reine d’Angleterre – elle a été l’instrument politique de Yolande d’Anjou, sa tante, pour sauver le royaume de France. Elle a été formée en ce sens. Elle va d’ailleurs, après sa « mort» officielle, après avoir disparu pendant cinq ans, réapparaître et continuer à faire la guerre, aux côtés de Gilles de Rais, – un document l’atteste – elle porte alors son nom de Jeanne la Pucelle.

«Elle se marie avec Robert des Armoises et continue de guerroyer»

Son retour s’est passé ainsi : en mai 1436, elle arrive à la Grange- aux- Ormes, dans la banlieue de Metz. Ses deux frères, Pierre et Petit Jehan, la reconnaissent. Assistent notamment à l’entretien un magistrat, Nicole Louve, et tous les grands bourgeois du lieu. On la reconnaît aussi à Vaucouleurs, à Arlon – l’actuel Luxembourg – où elle est reçue, au château, avec tous les honneurs, puis à Cologne où elle obtient un « sauf-conduit à la Pucelle de France». Ensuite ? Elle se marie avec le chevalier lorrain Robert des Armoises, et continue de guerroyer. Elle se rend à Orléans : il y a des traces de son passage. Si elle avait usurpé l’identité de Jeanne d’Arc – d’autres l’ont fait, elles ont été confondues… – Jeanne des Armoises aurait mystifié vingt-quatre personnes de son entourage immédiat, dont le roi, Yolande d’Anjou, ses anciens compagnons d’armes ! Après 1440, l’année où elle vient voir sa «mère», la veuve de Jacques d’Arc, à Orléans, on perd sa trace.

Où a-t-elle été enterrée ? D’abord à Pulligny-sur-Madon au sud de Nancy. En 2001, un savant ukrainien, Gorbenko, a soutenu avoir découvert les restes de Jeanne à Cléry-Saint-André, près d’Orléans. Les restes sans doute déménagés par des émissaires du Vatican pendant la canonisation de Jeanne. Louis XI – son neveu -, Dunois – son frère et compagnon d’armes – y reposent aussi.

Le « registre de Poitiers», ville où Jeanne a été interrogée une première fois, contient-il la clé de l’énigme ? Jeanne a-t-elle avoué à cette occasion la mission dont elle était chargée ? Le « registre», qui s’est trouvé au Vatican, a peut-être été détruit. à moins qu’il ne soit caché, et bien caché. Mgr Tisserant, bibliothécaire du Vatican, confia à un intime lors de son jubilé de sacerdoce : « Ah ! si les Français connaissaient la vérité, quelle désillusion ! » Troublant.

1) Editions Florent Massot, 250 pages, 18,50 €. En librairie le 12 septembre. Marcel Gay participera à une émission de Stéphane Bern, «Les secrets de l’Histoire», sur France 2.

LE MYTHE

Jeanne d’Arc a été ignorée durant des siècles, raillée par Shakespeare et Voltaire. Ce n’est qu’au XIX e puis au XX e siècle, de la gauche à l’extrême droite, pour des motifs philosophiques, patriotiques, anglophobes ou religieux, que les Français ont commencé à la célébrer, avant que l’Eglise n’en fasse une sainte. Barrès, Michelet, Anatole France, Péguy, Jaurès («C’est toute une grande France qu’elle voulait délivrer»), Aragon, Malraux («Ce pauvre cœur qui avait battu pour la France»), Brasillach, le chef du Front national Jean-Marie Le Pen – qui a institué sa propre fête de Jeanne d’Arc le 1er mai : ils en ont fait un mythe.

Quelques dates

”

1412
C’est la date présumée de sa naissance à Domrémy.

1431
Le 30 mai, Jeanne d’Arc est brûlée vive à Rouen.

1456
Jeanne d’Arc est réhabilitée sur requête de sa famille.

1920
Onze ans après sa béatification, Jeanne d’Arc est canonisée.

1922
Pie XI proclame Jeanne d’Arc sainte patronne secondaire de la France.

CE QU’EN DIT UNE SPéCIALISTE

Marie-Véronique Clin est directrice de la Maison Jeanne d’Arc à Orléans et conservatrice du Musée d’histoire de la Médecine. Elle réfute la plupart des hypothèses de Roger Senzig et Marcel Gay.

Jeanne n’était pas bergère. C’est vrai, et elle l’a déclaré elle-même : à Domrémy, elle s’occupait notamment des chevaux que possédait son père – un laboureur, doyen du village -, chevaux qu’elle montait à l’occasion. Il est vrai aussi qu’elle n’a jamais porté le nom de d’Arc. Les filles, dans sa région, portaient de toute façon le nom de leur mère.

Illettrée ? Ne parlant que le patois ? C’est faux. Vaucouleurs, qui faisait partie des Marches de Lorraine, appartenait au royaume de France.

– Jeanne, fille d’Isabeau de Bavière ? Absurde. Jeanne est née vers 1412, on ne sait pas exactement, il n’y avait pas alors de registre d’état-civil. Le dernier enfant de la reine est né en 1407, soit huit ans avant Azincourt ; comment aurait-on pu, à l’époque, programmer l’envoi secret d’un nourrisson en Lorraine ! D’autant que le dernier enfant d’Isabeau était un garçon…

Jeanne des Armoises est Jeanne d’Arc « ressuscitée » : Faux. Elle a d’ailleurs été démasquée par Charles VII puis par le parlement de Paris.

1999
Sortie du film de Luc Besson avec Milla Jovovich ( ci-dessous)

22 000
C’est le nombre de livres consacrés à Jeanne et répertoriés en France.

2006
Analysées, des «reliques» présumées s’avèrent être des restes de momie.

Philippe Brassart

Сообщение Et si l’Histoire de Jeanne d’Arc avait été falsifiée? появились сначала на SAGOR.

Solved at last: the burning mystery of Joan of Arc

The Observer, Sunday 17 December 2006
http://www.guardian.co.uk/world/2006/dec/17/france.alexduvalsmith

Catholic saint, national icon and one of the world’s most famous military leaders, Joanof Arc has been a subject of fascination for the French for almost six centuries. Nowacademics believe they are close to proving that controversial relics are actually thoseof the real-life Maid of Orleans.

Much is unknown about the life of the warrior. Facts have often been mixed with mythand theory. But what is generally agreed is that Joan’s body was burnt three times bythe English and ashes from the foot of the pyre were supposedly discovered in 1867,lurking in the Paris loft of an apothecary .

French scientists, who have been studying those ashes, confirmed yesterday that apiece of cloth found among the remains may have been a fragment of Joan of Arc’sgown. A new series of DNA tests of bones and tissue found among the ashes isexpected to confirm that they belong to a female.

These initial discoveries suggest recent controversial claims surrounding the death ofJoan of Arc are wrong. One theory, put forward by Ukrainian anthropologist Sergey Gorbenko, suggested Joan was not even burnt at the stake but lived to the age of 57.Another theory is that she was a man.

But the initial discoveries by forensic anthropologist Philippe Charlier, the project’sleader, indicate that the standard version of Joan of Arc’s death – by being burnt as awitch by the English – appears to be right, although the research has added intriguingdetail to the story of her execution. Further tests were needed, said Charlier.

Tests on one bone found in the relics showed it was the femur of a cat. The discoverytallies with the medieval practice of throwing a black cat on a witch’s pyre so as toappease the devil, according to Charlier.

‘However, this femur is not burnt – it just looksit – so maybe we are just dealing with a passing cat,’ he said.
Charlier said the most exciting discovery by his 18-strong team at the Hôpital RaymondPoincare near Paris was in the carbon-dating of the piece of cloth. ‘It is linen of highquality and we can confirm that it dates from the 15th century. It could have been a robe or a bag.’

According to historians, Joan of Arc was 19 when she was burnt at the stake inRouen by the English on 30 May, 1431. She died of smoke inhalation. The Cardinal ofWinchester is recorded as having ordered her to be burnt a second time. Her organsstill survived this fire, so a third burning was ordered to destroy the body completely.Her cinders and debris were to be thrown into the Seine.

However, in 1867 ashes that were said to include remains of Joan of Arc were found inthe Paris loft of an apothecary. These were transferred to a museum in Chinon wherethey are still kept.

Charlier said his team’s findings were preliminary and that work would continue at leastuntil February next year. He added that he expected his team would be able to establishthat the Chinon remains belonged to ‘a female juvenile who was burnt several timesat short intervals’. Charlier said pieces of wood among the relics, as well as the qualityand age of the linen cloth should allow his team to date them within a 30-year range ofaccuracy and establish which region of France they are from.

‘We are getting closer. Even though burning witches was a fairly common practice inthose days, it is not as though 1,000 women were burnt three times in Rouen in 1431.It is also helpful for us – in terms of determining whether the relics are fakes or not – thatthe cult that has grown up around Joan of Arc is relatively recent. No one took muchnotice of her for the preceding 400 years. So there aren’t dozens of boxes of relicskicking around, all claiming to be hers.’

Charlier came to prominence last year when he ascertained that Agnes Sorel, thefavourite of King Charles VII, died from mercury poisoning. He took an interest in Joanof Arc because her presumed remains were stored in the same Chinon museum asthose of Sorel.

An illiterate farm girl from Lorraine in eastern France, Joan of Arc disguised herself as aman in her campaigns. During her battles against the English and armies of the Duke ofBurgundy, Joan was said to hear voices from a trio of saints telling her to deliver Francefrom her enemies. She was finally captured and sold to the English, who had her triedfor witchcraft in Rouen.

Joan of Arc was declared a saint in 1920. During the Second World War, both VichyFrance and the French resistance claimed Joan of Arc as a national symbol for theircause.

Hits and myths

The Shroud of Turin was believed to be Christ’s burial garment from the time of itsemergence in 1354. At its first exhibition in 1389, it was denounced as a fake by the

Bishop of Troyes. Ever since its authenticity has been questioned. Carbon dating ofthe cloth in 1988 determined that it originated sometime between 1260 and 1390.

TheCatholic Church has accepted that the shroud may not be genuine, but says it shouldstill be revered because it bears an inspiring image of Jesus.
An exhibition in Russia in 2000 included a display of a fragment of Hitler’s skull.Organisers of ‘The Agony of the Third Reich: Retribution’ said the skull was authentic,but this claim has been rejected by some experts. Hitler shot himself in his Berlin bunkerin 1945, and his body was burnt and buried in a shallow grave. The facts about whathappened to his remains have not been fully established.

A coffin held in church in Padua since 1172 may contain the remains of St Luke. Testscarried out by scientists in 2001 confirmed it was of the same Syrian origin as the authorof the third Gospel. Carbon-dating tests suggested the body belonged to someone whodied in the period of Luke’s death, believed to be around AD 84.

Hair and fragments of the funeral cloth from the mummy of Ramses II were recentlyposted for sale on the internet. Police arrested the vendor, a postman from France, whosaid he had been given the pieces by his father, a researcher on a team that analysedthe mummy in the 1970s. Ramses the Great’s reign, between 1279 and 1213 BC, wasthe second longest in Egyptian history.Alan Power

Сообщение Résolu enfin: le mystère brûlant de Jeanne d’Arc появились сначала на SAGOR.

Examen des restes du sarcophage du roi Louis XI de France (1461-1483), dans le tombeau (crypte) de la basilique Notre-Dame de Cléry

Сообщение Examen des restes du sarcophage du roi Louis XI de France (1461-1483), dans le tombeau (crypte) de la basilique Notre-Dame de Cléry появились сначала на SAGOR.